Люди, ангелы и микросхемы

Это похоронило литературу и музыку, но вдохнуло жизнь в нейронные модуляторы, использование которых всегда вызывало бурные споры, но не привело еще ни к одному запрету, если не считать строгого преследования распространителей нейронных наркотиков…

Потом как-то незаметно разговор Туке и Новы Арья перетек в поздний ужин, прощальные объятия, дружеский поцелуй… Вернее, сначала дружеский, а потом… В общем эту ночь они проведут вместе в ближайшем к агентству отеле, а утром притворятся, что ничего не было. Это случится спустя три месяца после того, как Туке откажут в прыжке во времени, и за две недели до начала подготовки к его следующему прыжку.

– Вижу, что вас что-то по-прежнему беспокоит, – скажет после очередного нейронного сеанса психоанализа Маре Ковач.

Туке не станет врать и расскажет о своей связи с Арья.

– Так вас беспокоит случайный роман с коллегой? – растеряется психолог.

– Меня снова отстранят от прыжка? – спросит Туке.

– Нет. За такое не отстраняют… Порицают, но не отстраняют, – она все еще будет хмуриться, но разрешение на прыжок Туке получит.

Это не будет случайностью или удачей. Это будет расчетом. За две недели до сеанса у Маре Ковач, Туке встретится с Анакс и попросит ее достать кодекс нейронных психологов и, если удастся, личный договор и должностные обязанности Ковач, после того как та заключила договор с агентством прыжков во времени. Анакс достанет все, что у нее попросят, только стоить это будет Туке больше, чем самая изысканная партия синтетических наркотиков, которую он когда-либо приобретал.

– Не жалеешь? – спросит Анакс. – Столько денег выкинуто на ветер.

– Если мне удастся обмануть Ковач, то это даже мало, – скажет Туке.

Его связь с Арья состоится раньше, чем он поймет, как действовать на сеансе у Ковач. Проверит Туке и то, какие последствия может повлечь информация о связи с коллегой. Последствия для него. Последствия для нее. Вернее, никаких последствий, если быть точным. Косые взгляды не убивают, да и не могла Ковач разглашать подобную информацию.

– Ну что, снова вернешься домой вместо того, чтобы прыгнуть в прошлое? – спросит в последний день прощальной вечеринки Рени.

Туке так и не поймет шутка это или нет, потому что с одной стороны Рени будет улыбаться, а с другой требовательно ждать ответа.

– Надеюсь, что не вернусь, – честно скажет Туке.

Волнуясь перед прыжком, словно в первый раз, он откажется от алкоголя и наркотиков. Даже сигарету не выкурит на прощание.