Амир. Его заложница

Не знаю и, если честно, совсем не хочу знать. Но у меня нет выбора.

Спускаюсь по ступенькам на первый этаж, где Амир уже треплет за ухо свою здоровенную собаку.

– Отпусти меня, или я буду стрелять, – обращаюсь к нему на «ты» и вообще не узнаю свой голос. Он срывается от волнения и даже страха. Мне еще никогда не приходилось иметь дело с оружием, и я в панике.

Руки дрожат и, уверена, этот факт не укрывается от острого взгляда мужчины.

– Убьешь? – спокойно спрашивает он.

Смерти Амир не боится.

И это видно. Его взгляд невозмутим. Он все такой же суровый и цепкий. Пугающий. Мне страшно, хоть это и я стою с пистолетом против безоружного мужчины.

Быть может, он просто понимает, что я снова струшу, не доведу до конца? Или у него за поясом припрятана еще одна пушка… и помощнее?

– Просто отпусти… Я не хочу, чтобы кто-то пострадал. Я всего лишь хочу уйти.

– Нет, – и снова этот голос… Властный. Хватающий за горло. Вынуждающий делать так, как он велит.

Наверное, я никогда не смогу к такому привыкнуть, когда человек одним коротким словом может задавить, загнать в угол, прижать так, что не будет никакой возможности сделать вдох.

Почему я вообще о таком думаю? Что значит «никогда»? Я же не собираюсь с ним оставаться даже на пару дней, а размышляю так, точно планирую тут поселиться.

Пока отвлекаюсь на свои глупые неуместные мысли, Амир умудряется снять футболку.

Оружие в моих руках начинает дрожать сильнее. И я все еще не поняла, как им пользоваться.

Достаточно ли просто нажать на спусковой крючок?!

– Хочешь убить меня? – снова спрашивает мужчина. – Так давай! Куда будешь стрелять?

Я не вижу на его лице ни ухмылки, ни тени волнения. Оно каменное. Жесткие черты сейчас как никогда пугают. Показывают, что с человеком из силы и стали справиться невозможно.

– Сюда? – он указывает на один из шрамов в районе ключицы.

Даже на расстоянии и сквозь пелену влаги в глазах, мне удается заметить его.

– Или, может быть, хочешь попасть сюда? – теперь крупный палец тычет на длинный шрам, тянущийся по талии.

 – Вот еще отличное место, – Амир показывает на очередной рубец, а меня все сильнее накрывает истерикой.

Его нельзя убить, да и у меня кишка тонка, если уж честно. Не знаю, чего хотела добиться этим спектаклем. Мысли просто исчезли, когда я побежала за пистолетом.

– Здесь тоже отличное место, – очередной шрам от пулевого ранения в районе правой груди предстает моему взору.