Фенимор. Наперегонки со смертью

– Скажи мне, странник, каким ветром тебя занесло в наши края?

От нежного голоса Ксении подвешенные на нитях бабочки призывно взмахнули крыльями, а колокольчики издали серебряный перезвон. По телу Виктора прошла волна нервической дрожи, и от охватившей его идиотской робости Одиночка почему-то соврал.

– Брожу по окрестностям в поисках лучшей колонии, – скромно потупившись, сообщил он.

– Лучше монастыря ничего не найдёшь. Почему бы тебе не выбрать нашу обитель. Здесь безопасно и кормят сытно, – ласково улыбаясь, предложила Ксения.

– Господи, как хочется подольше пожить подле этой прекрасной и доброй женщины! – мелькнула в голове подлая мысль.

Но вслух Фенимор произнёс другие слова.

– Не откажусь немного передохнуть и пополнить припасы, после чего отправлюсь в дальнейший путь.

– Крепкие мужчины нужны и здесь, – с негой в голосе продолжала красавица. – Я окружу тебя заботой и лаской.

Ксения говорила так горячо и убедительно, что, поддавшись чарам, Фенимор внимал каждому её слову.

Исходившие от Ксении флюиды горячили и притягивали, как магнит. Если бы не торчавший поблизости Гуров, Фенимор в тот же вечер оказался бы в объятьях красавицы.

– Оставайся у нас. – страстно роняя слова, попросила Ксения.

Пока Одиночка боролся с появившейся в голове сумятицей, переполненный злобой секретарь кусал губы и закатывал глаза. Заметив его страдания, Одиночка пришёл в себя и прекратил доставлявшую наслаждение беседу.

– Спасибо, уважаемые хозяева, за чай. После длинной дороги я так устал, что не смогу сразу ответить на приглашение, – объявил Фенимор и, страшась передумать, покинул насыщенную негой комнату.

– До скорой встречи, герой, – ласково улыбнулась Ксения.

Гуров проводил Одиночку в отведённые для него покои.

– Это помещение пустует, можешь жить в нём, сколько захочешь, – вежливо сообщил секретарь и с чувством выполненного долга закрыл за собой дверь.

Виктор окинул взглядом выделенное ему жилище. Пользуясь неверным светом тонкой свечи, он оглядел облезлые стены и икону, стоявшую на потемневшем столе. Не найдя ничего примечательного, Одиночка прилёг на кровать и принялся анализировать удивительную встречу с известным в прошлой жизни человеком. Мысли разбегались в разные стороны, и он уснул, так и не найдя объяснения вспыхнувшему на пустом месте притягательному чувству.