Жизнь времени во вселенной

Сердце продолжало бешено колотится, только сейчас я понял, насколько я был потрясен происшедшим, и понял, почему кот на меня так смотрел. Весь взъерошенный, с огромными глазами, вспотевший и несущий бред. Отличный кандидат в психушку. Да еще с этим световым игрушечным мечом. Да уж, картинка…

– Фуф… – выдохнул я. – Д-давай поговоседуем… – начал я, спотыкаясь в словах. Взяв небольшую паузу и проглотив все те слова, которые толпились у меня в горле, я попытался начать сначала.

– Ты Дракоша. Наш кот. Живешь с нами уже пять лет.

Так?

– Да, – кивнув головой, ответил он.

– Угу… – неуверенно повторил я. – Все это время ты мог говорить и молчал?

– Видишь ли, кодексом животных нам, как и всем другим животным, запрещено разговаривать с людьми и приматами, но также существует и естественная защита – с восхода солнца до полуночи мы не можем говорить, вместо этого каждый вид выработал особую форму общения звуками, жестами, мимикой. Некоторые, такие как дельфины, вообще ушли так далеко, что теперь никто не может с ними общаться, никто не может забраться на их уровень ментального – мысленного общения.

Так и повелось, кто-то мяукает, лает, каркает, хотя есть и исключения – попугаи косят под дурачков, типа копируют людей, а на самом деле тупо издеваются. И как ты теперь понимаешь, единственно возможное для нас время поговорить с другими – это ночь. Отсюда и основная наша ночная активность.

– То есть ты хочешь сказать, что все животные умеют разговаривать, но не смеют?

– Да, именно так.

За исключением дельфинов и приматов.

– А что с ними не так?

– Ну, про дельфинов я тебе уже рассказал. А вот приматы, особенно человекоподобные обезьяны, давным-давно нарушили кодекс, претендуя на то, что они равны с вами и не являются частью животного мира. После чего совет пришел к мнению лишить их привилегии разговаривать, и за долгие годы они очень сильно деградировали и стали эволюционировать в обратную сторону. Ты ведь понимаешь смысл этих слов – «деградировать», «эволюционировать».

– Да. Я не так уж мал и глуп, как может показаться, и прочел немножко книжек, – ответил я с гордостью. Хотя выражение морды кота меня тут же приземлило обратно. И я вдруг вспомнил все те глупости, которые я с ним проделывал, как я его мучил. И кот, будто прочитав мои мысли или определив их по выражению моего лица, многозначительно качал головой, укоризненно смотря мне в глаза. От осознания я опять вспотел и покраснел.