Старый новый мир (сборник)

За спиной остались узкие улочки, заваленные мусором, закрытые двери, чёрные глазницы окон. Впереди пустая сцена. Заброшенная сцена. Лишь уходящий к потолку шест блестит в лучах яркого солнца. И ни одного знакомого лица. Хочется развернуться и убежать. Из бара, из отеля, с планеты. Ролана заставляет себя подойти к стойке бара. Незнакомая смуглолицая женщина с закатанными рукавами и чёрными глазами ноаквэ, спрашивает Ролану, что ей налить выпить. Женщину зовут Вандида и на вид ей около тридцати.

– Что здесь случилось, чёрт возьми? – спрашивает её Ролана, показывая на сцену.

– Вы хотите посмотреть шоу?

– Я хочу найти хоть кого-то из старых знакомых.

– Так вы не впервые здесь?

– Я когда-то здесь жила.

– Вот как? – Вандида меряет её оценивающим взглядом. Ролана рассказывает ей о своём прошлом.

– Ты ведь тоже из резервации? – спрашивает она женщину. Вандида кивает, хмурится, говорит, что тоже хочет найти достойного мужчину и убраться с этой планеты.

– Я нашла не мужчину, – говорит ей Ролана, рассказывает о Жизель. Вандида хмурится ещё сильнее, долго обдумывает услышанное, затем говорит, что согласилась бы улететь отсюда даже с женщиной. Ролана смотрит на неё и понимает, что эта женщина не нравится ей. Но никого другого рядом нет. – Так что не так со сценой? – спрашивает она, беря стакан с выпивкой. – Почему закрыли шоу?

– Его не закрывали. Просто танцевать больше некому. Все разбежались.

– Все? – Ролана недоверчиво называет имена, перечисляет своих друзей.

– Остались только мы, ноаквэ. – Женщина безрадостно улыбается, рассказывает об упавшей комете.

– Я помню комету, – говорит ей Ролана. Вспоминает своего соседа по имени Мижан.

– Если он ноаквэ, то, значит, остался где-то здесь. После падения кометы людям из резервации сложно найти судно, которое увезёт их отсюда. Все боятся нагвалей. Люди думают, что все, кто жил в резервации, заражены.

– А как же резервации? – Впервые за последние годы Ролана чувствует тревогу за оставшихся родственников.

– Говорят, что резерваций больше нет. В лесах слишком опасно. Все, кто имел хоть немного ума, перебрались в города, остальные превратились в нагвалей.