Приключения рыцаря из Милана

В сопровождении преданного слуги (выполнявшего, видимо, и функции телохранителя) я скоро оказался на террасе.

– Неужели это ты, мой друг?! – воскликнул при моем появлении маркиз Арне.

– Да, синьор. Это я.

– Проходи, присаживайся, – он указал на стоявший в тени стул.

Арне дружелюбно смотрел на меня, на его губах была смущенная улыбка.

– Ты уж извини, Франческо, но я не мог погасить твои долги. Прилично их у тебя накопилось. Но я рад, что ты сумел выпутаться из этой истории!

«И попал в новую историю, которая еще более опасная», – подумал я.

Маркиз Арне, несмотря на свое кажущееся богатство, не мог мне помочь выпутаться из долговой ямы. На это было несколько причин. Маркиз проигрывал значительные суммы денег в азартные игры. Во всяком случае, так было раньше. В последнее время он играл и проигрывал значительно меньше, чем раньше. Кроме того, Бертран слыл большим меценатом, поклонником искусств и любителем книг. На всё это он тратил и продолжал тратить очень большие деньги.

– Ничего, я не в обиде, синьор маркиз, – сказал я. – Мне повезло, что нашлись люди, которым понадобились мои услуги. Они мне помогли выбраться из тюрьмы.

Я протянул руку к кувшину и налил себе в серебряный кубок вина. Виноградный напиток оказался прохладным, немного терпким, но очень вкусным.

– Интересная история, – задумчиво проговорил хозяин виллы, рассматривая меня. – Вероятно, этим людям нужны какие-то особенные услуги, если они заплатили твои долги, Франческо. Пятьсот золотых флоринов – это много.

– Восемьсот флоринов, – поправил я. – Эти люди заплатят еще триста флоринов за кое-какую работу.

– Неужели? Кто они? Что ты должен сделать?

– Вот как раз об этом я и хотел поговорить, маркиз.

– Говори, я тебя слушаю.

– Мои долги погасил какой-то флорентинец. Кто он – я не знаю. Назвался он синьором Николо Роцци…

– Подожди, – прервал меня маркиз, и добавил вполголоса: – Пойдем погуляем в саду, там так хорошо сейчас в это время года.

Мы поднялись со стульев, спустились по мраморной лестнице с террасы, и оказались в цветущем весеннем саду, в котором между деревьями стояли античные статуи.