Отражение надежды

Трубы звонко пели, окрещая начало гуляний, а Дианер, вместе с молодцами, направился обратно, откуда и пришёл, в сторону небольшого замка находившегося на краю города, близь реки Роэна, что давала жизненно важную влагу всему живому в городе. Два ряда по четыре человека втиснулись в узкие улочки дремлющих в тени подворотен, догоняя с площади подтянулись и замкнули змейку, тащащую в животе короля, ещё с десяток стражников. Глаза каждого выразили лёгкую эйфорию прохладной тени. Лёгкость скользнула между выдохов всего ряда и еле заметного ёрзания расслабленных плеч.

Гулкий топот шагов в ногу не мешал Дианеру говорить с главой стражи, который шёл рядом.

– Я бы всё же рекомендовал Вам идти не через узкие и тёмные улочки, Ваше Величество, а в обход по главной дороге. – Тяжёлый, как чугун, голос громыхнул из широкой груди, на которой крепко сидела железная, по-рыцарски красивая кираса.

– Это потому что ты не справился с той работой, что была возложена на твои плечи, командир? – раздражение мелькнуло как в голосе, так и в лице короля.

Он, скривив губы, повернулся к выбритому, вспаханному шрамом лицу командира.

– Я не волшебная фея, – буркнул тот в ответ, – мои люди – натренированные бойцы, мои ищейки имеют хороший нюх на подозрительные личности, но они всего лишь люди, которые выполняют свою работу.

– Видимо плохо выполняют, – повышая голос и добавляя в него нотки ярости продолжал Дианер. – Вы должны были… – звонкий удар металла об стену и звон в ушах прервал разговор. Пара стражей возглавлявшая змею лежала у стены в позах и не снившихся богине любви, их доспехи были разодраны, а сами они лежали в собственной луже крови.

Щиты ударились рёбрами и создали стену с выглядывавшими из-за неё лезвиями мечей. Вдруг рёв и топот копыт раздался позади, бешеный бык силой, что одарила его природа в самый расцвет сил, ударил рогами по щиту, отбросив бедолагу на товарищей. Щит остался на рогах, словно вбитый гвоздём в череп, а бык метался и яростно мотал головой.

В то же мгновение, словно гром из тучи, пронёсся голос командира:

– Приготовиться к бою! – Он вынул из ножен свой клинок, лезвие которого давно изуродовано бороздами войны, окликнув назад, – Да убейте вы этого быка! – направился к голове колонны.

Солдаты, что были первыми, лежали с почти вывернутыми лицами, руки и ноги были изящно сложены, как бумажные кораблики, а глазницы пустовали, как кошель барда.

Стена сразу за ними была живописно изрисована кистью смерти, красками крови бедных солдат.