Остерегайтесь гарпий

 – Остальные сопровождающие не отличались благородством, и начали издеваться над беглецом, который мог бы бросить вызов любому из них, если бы у него было на это право и возможность.

– Я тебя изувечу трусливая крыса, и с удовольствием насажу на кол твою отрубленную башку, мерзавец. – Рослый, одноглазый стражник, ещё раз ударил настигнутого и, вытащив клинок из ножен, рассёк воздух и поигрывал им, сверкая заточенной сталью, на солнце.

Этвуд тем временем спрыгнул с лошади и, приблизившись к остальным, строгим голосом прервал экзекуцию.

 – Пока что я здесь отдаю приказы. Спрячь клинок, бить пленного и безоружного человека – немного чести. Когда он окрепнет и поправится, то обещаю тебе поединок с ним. По всем правилам и законам чести и справедливости.

– Одноглазый опешил. – Я не уверен, что хочу такого поединка.

– Тогда мне, наверное, нужен он, а не ты. – Этвуд подошёл к обессиленному и избитому мужчине и помог ему подняться. До того как адмирал был обвинён в государственной измене, они встречались лишь однажды, но сейчас не спешили делать выводы относительно друг друга.

Пленнику лишь оставалось подчиниться обстоятельствам, а командиру стражи, выполнять приказ.

– Идти сможешь?

Бывший адмирал кивнул головой и, заплетая ногами, медленно пошёл, опираясь на плечо Этвуда. Вдали показалась повозка, в которой его везли до побега. Два человека медленно плелись навстречу передвижной тюрьме, в которой одному суждено было следовать к месту казни, а другому сопровождать его.

Тяжело было обоим, и непонятно, кому больше.

Одноглазый стражник провожал их взглядом. Он знал, что Этвуд никогда не бросает слов на ветер, и что поединок, про который он обмолвился, обязательно состоится.

Одноглазый ненавидел в ту минуту их обоих.

––

Чёрные, каменные стены комнаты едва освещались угасающей свечкой. Дубовая дверь с коваными петлями и засовами только что захлопнулась. Кто-то вышел из комнаты, оставив на столе лист пергамента, склянку с чернилами и гусиное перо.

На листе было написано: – День первый, Гай. – Рядом с именем начертан непонятный знак, крестик. А может это был плюс.

Глава вторая.

Тюрьма.

День обещал быть не таким жарким как предыдущий. Освежающий ветер наполнял долину лёгкой прохладой и приятной чистотой. После неудавшегося побега повозка с пленником ехала всю ночь, еле различая дорогу, теряющуюся под покровом ночи и едва виднеющимся диском луны.