Всё о мореплаваниях Солнышкина

 – Этак ты меня ночью укокошишь якорем! Нужен ты мне, друг нашёлся!

И когда Солнышкин в третий раз заглянул в окно, он увидел, как Васькина рука, на которой было написано «Дружба – закон моря», врезалась в Стёпкин глаз так, что по всему ресторану разлетелись искры. Один из бывалых моряков с криком «Полундра!» даже бросился заливать огонь пивом. А Васька и Стёпка тут же вылетели на улицу.

Наверное, оба друга так и легли бы под ноги прохожим. Но навстречу им бросился Солнышкин, и они вдвоём повисли на его плечах.

– Солнышкин! Солнышкин! – плакал Васька.

Рядом и вправду булькало и плюхало, как в трюме. Это переливалось пиво в брюхе артельщика.

– Тону! – кричал Васька.

– Тонешь, давно тонешь! – раздался вдруг насмешливый голос.

Сбоку подкатила милицейская машина. Из неё выпрыгнул молодой лейтенант, открыл заднюю дверцу и затолкал в неё обоих друзей, освободив Солнышкина от тяжёлой ноши.

– Спасём! – сказал лейтенант.

И машина скрылась в темноте.

Каюта старого Робинзона

Солнышкин присел на порог и стал думать, где бы устроиться на ночлег. Как вдруг опять услышал голос:

– Ай-яй-яй, молодой человек! И не стыдно?

Он обернулся и увидел прежнего старичка в морской форме. Это был известный всем морякам старый инспектор океанского пароходства Мирон Иваныч. Больше всего на свете он любил море. Отправляя в океан пароходы, он мечтал о кругосветном плавании.

– У меня теперь одно плавание. Мои старые баржи делают две мили в сутки. Одну из дому сюда, вторую – обратно.

Звали его ещё Робинзоном, потому что жил он в старом доме один. Но вспоминали его на всех морях. Вывел в люди он многих моряков. А тех, кто мечтал о плаваниях и пароходах, старый инспектор узнавал за квартал.

– Ай-яй-яй, мечтали о море и чуть не попали в милицию? – сказал Солнышкину Мирон Иванович.

– А вам какое дело? – угрюмо буркнул Солнышкин.

– А я ищу матроса на судно, которое отправляется в кругосветное плавание. Только вежливого…

– Мне не до шуток, – невесело ответил Солнышкин.

– Тем лучше, – улыбнулся старик. – Будем знакомы. Робинзон. Старый Робинзон… – И он протянул руку.

– Солнышкин, – удивлённо ответил Солнышкин.

– Ну вот и хорошо, Солнышкин. Разрешите мне пригласить вас в свою каюту.