Воскрешение. Павел Первый

– Не пойму, что почему? – удивился Александр, но слегка вздрогнул при моём вопросе, а я это заметил.

– Почему ты решился на переворот? Почему ты решился на убийство своего отца? Торопился занять престол?

Александр побледнел ещё больше, а Елизавета всхлипнула, но я оборвал её причитания сразу выставив перед ней ладонь.

– Избавьте меня от лжи. Часть заговорщиков уже допросили. У меня совершенно простой вопрос, ты знал? – спрашивал и говорил я, спокойно не срываясь на крик.

Александр опустил голову и глухо произнёс.

– Я не хотел твоей смерти, только чтобы ты отрёкся от престола.

Елизавета вновь всхлипнула, но моя поднятая рука снова оборвала её желания попричитать.

– Твоя мать, а моя супруга знала о том, что случится? – спросил я.

– Не думаю. Она, конечно, сердилась на тебя из-за твоих фавориток, но с заговорщиками никогда бы не пошла на сговор, – так же тихо произнёс цесаревич.

– А твой брат Константин?

– Думаю, да. Он несколько раз задавал наводящие вопросы, возможно что-то слышал.

Я вновь походил по комнате, размышляя. Если императрица невиновна, то мне сейчас придётся налаживать с ней отношения. А я уже размечтался отправить её в монастырь. Ладно, посмотрим, ещё не вечер. К тому же я даже не видел, как выглядит Императрица.

– Как члена императорской семьи, к тому же наследника, мне не хотелось бы допускать суда над тобой. Надеюсь, ты понимаешь, что заговор против императора с целью убийства тяжкое преступление, которое карается смертью.

– Но я и Елизавета…, – хотел что-то сказать цесаревич, но я прервал его.

– Молчи. Не стоит унижать себя ложью. Итак, мне не хотелось бы видеть собственного сына в петле. Потому у меня к тебе предложение. Ты добровольно примешь постриг в монахи, как и твоя жена. Только так я смогу вас оградить от позора суда и казни.

После моих слов Елизавета села на стул и зарыдала. Александр что-то хотел сказать, но я оборвал его взмахом руки.

– А как же моя дочь? – сквозь рыдания спросила Елизавета.

– Она не пострадает. Для всех будет лучше если вы уйдёте в монастырь. Разбирательство по заговору не предадут огласке. Так что в интересах вашей дочери согласиться с моим предложением.

Я развернулся и вышел из комнаты старшего сына, направляясь к своему рабочему кабинету.

К полудню прибыли казаки, уральская сотня, и гусары. А также косяком пошли чиновники и разные высокие чины, но я приказал никого не допускать к себе.