Безответственные

Тот заметно занервничал – шансы на победу таяли в его глазах. Все буквально валилось из рук: накануне вечером вдова Тартиса едва дошла до лекаря, чем спасла себе жизнь и лишила обвинение свидетеля, а теперь в зал пропустили владельца газеты. Вампир и эльф получили два очка вперед.

– Неужели им удалось подкупить дракона? Нет, это ведь невозможно! – сержант выудил из кармана платок и промокнул шею.

Якей, вопреки всему, вдруг улыбнулся. Ну, или талантливо сделал вид.

Спустя минуту на кафедре возле кресла судьи появилась секретарь суда, эльфийка в белом облегающем платье до пола.

– Добрый день, уважаемые участники, – обратилась она ко всем присутствующим. – Хочу напомнить, что по ходатайству господина Якея, душеприказчика покойного гнома Тартиса, заседание пройдет без посторонних.

– Но, – заговорил сержант Коготь, – госпожа секретарь, что, в таком случае…

– Однако судья Арабелл рассмотрел ходатайство господина Ульгера, владельца издания «Городские хроники», где зарабатывает на жизнь обвиняемый господин Бастрик.

– Протестую! – заорал вампир, а мышцы на его лице принялись выписывать нечто, больше походившее на судороги, чем на эмоции. – Это нарушение гражданских прав! Посягательство на свободу слова!

Девушка вскинула руку:

– Вы не можете протестовать, господин Шах. Решение было принято достопочтенным судьей Арабеллом на прошлом заседании, и апелляций с Вашей стороны в течение трех дней – установленный законом срок – не последовало.

Бастрик покосился на вампира, как на прокаженного. Вампир между тем продолжал выписывать лицом непонятно что – то улыбался, то скалил клыки.

– В статусе консультанта, – повторил вполголоса Якей. – Интересно.

– Далее, – продолжила девушка, – мне сообщили, что вдова покойного крайне плохо себя чувствует и присутствовать сегодня не сможет.

– Да, все верно, – Якей пружиной вскочил с места и кивнул.

– Очень печально. Но, в таком случае, мы закрываем двери и через десять минут начинаем заседание, – и она удалилась.

– Не переживай, – Шах перестал кривляться и спокойно кивнул Бастрику. – Ты ни в чем не виноват и сегодня же выйдешь отсюда, даю слово.

«Какая ирония, вампир дает слово, – подумал Якей. – Верх безответственности».

Вся эта канитель началась именно со слова.