Инструкция к жизни

Люди знают, что если ослушаться закон, то я узнаю и накажу. И, если Бога никто не видел, то меня видят все.

– А закон регулирует поведение? Например, что удержит человека от измены супругу, если не мораль?

– Милый доктор, нравственность! Как же вы о ней успеваете забыть? Мораль – даёт право осуждать других, ведь ой, а посмотрите, она ему изменила, это неправильно, это плохо, так никто не делает. Вот гадина. А какое вообще дело людям до чужого дома? Почему есть всеобщий моральный стандарт правил жизни? Жить нужно по своим стандартам, по своим нравам, а не быть зависимым от осуждения.

Вы зависимы от Бога, который давно умер, и от людей, которые вас отвергнут в тот же момент, когда вы станете поперёк их видения морали. Люди, которые живут по морали, чаще всего лишь строят из себя хороших, чтобы стандарту соответствовать, а если ближе подойти, то вонь их начинает ощущаться.

– Знаете, Эбигейл, а ведь Вы не только, как Вы выразились, «над моралью», но и «над законом». Вы убиваете людей, на столбы их вешаете, чаще всего даже без суда.

Вы и меня убьёте.

– Вы немного путаете. Я не над законом, я и есть закон. Я решаю, кому жить, а кому умереть. Я хозяйка этих мест. Выше меня лишь Барон Лос-Сетас. Но Вы абсолютно правы в одном. Скоро, дорогой доктор, Вы сдохнете, как последняя псина.

Джошуа, конечно, чувствует себя паршиво, но пока справляется. Больше его собственной жизни, Стэнфилда волнует лишь один вопрос:

– Вы убьёте мою семью?

– Убью. – Эбигейл поднимается и отходит рассматривать полки с книжками: – Стоило подумать об этом прежде, чем начинать крутить шашни с партизанами.

Теперь Джошуа начинает паниковать. Стэнфилд чувствует, что слова эти жгут грудную клетку, но приходится оставаться с холодным лицом. Джошуа нужен способ, чтобы спасти от страшной участи Линду и Лидию, его две «Л». Нельзя позволить этой изуверке провести казнь чего-то столь святого. Джошуа ищет любой ход, любую авантюру… И он её находит. Глупая идея, кажется безнадёжной, но другой у него нет.

Надо попытаться. Набрав воздуха в грудь, Джошуа начинает размеренно говорить:

– Я предлагаю пари, Эбигейл. Если я смогу доказать Вам, что Вы несчастна, то Вы оставите мою семью жить и не будете забирать у них нажитое имущество. Я уверен, что Вы несчастны, я даже уверен, что Вы больны. Вам нужна помощь, Вам нужна терапия, а я могу её оказать. Я могу помочь Вам получить билет в жизнь, которая освободит Вас от проблем вашего разума. Я могу помочь Вам жить.