За жизнью

– Эта наша работа.

– Скажите честно, он… поправится? Придет ли он в сознание?

– Будем надеяться, – произнес доктор, глядя в ее красные от слез и усталости глаза. Голос врача прозвучал так, что поверить ему было несложно, хотелось довериться специалисту. – А теперь, извините, мне надо идти. Терпения Вам.

Доктор вышел из палаты.

– Спасибо, – уже прошептала девушка и тихо заплакала.

Что же пошло не так? Ведь совсем недавно они были вместе, играли, радовались, – и тут как гром среди ясного неба! Беда пришла в их дом.

Ее муж никогда не жаловался на состояние здоровья, незадолго до этого происшествия прошел полное обследование, но все равно вмиг рухнул на землю. И радость бытия сменилась серостью и какой-то отрешенностью. Только она все распланировала, уже решилась… как жизнь снова поставила подножку…

Муж ее в коме, придет ли он в себя – никто не знал. Давать гарантий на этот счет врачи не осмеливались.

***

Проснувшись вновь, парень сразу же осмотрелся, надеясь, что его сон все же закончился, и он очутился в своей комнате.

Прежде чем позвать старца, пленник убедился, что тот не сидит в углу. В голове парня стал созревать план. Если это не сон, значит, он в заточении, его похитили, а единственная надежда на спасение – это побег. Как можно скорее надо выбираться из этого места! Чтобы выбраться, ему придется следовать всем правилам старика, играть в его игру. А иначе он не встанет с кровати, так как ног пленник по-прежнему не чувствовал.

– Старик, – позвал юноша и, услышав приближающиеся шаркающие шаги, тут же взял себя в руки и приготовился к разговору. Чего бы ему это ни стоило, старика он намеревался разговорить.

На этот раз старец зашел в том же белом наряде, но зелья в руках его не было.

– Я знаю, ты хочешь сбежать, – молвил старец, словно ударив гостя в лоб тяжелым предметом.

От услышанного парень открыл рот, пытаясь сделать вдох и чувствуя себя поверженным, будто в боксе пропустил удар в солнечное сплетение.

– Я тебя разочарую, отсюда нет дороги.

Парень не знал, что сказать. Сомнений не осталось, он обречен. Часть мозга все равно строила план побега.