Страна Яблок

Восхищало меня это Серёгино «тем более», оно разрушало любые возражения собеседника. «Тем более» – и нет никаких контраргументов.

А переговоры… Несколько раз я ездил вместе с Сергеем, договориться было невозможно. Ни с кем. Православные общины требовали монастырской жизни, а язычники плевались на попов, проклиная их за осквернение славянской природы. «Овощи»-вегетарианцы произвели на нас впечатление тихопомешанных. Наши фермы для них – типа концлагеря. А с казаками разговора не получилось вообще.

– Никаких тайных переговоров я ни с кем не вёл, – сказал Сергей, – да и какие тайны.

Участки у каждого в собственности, всё решается на собрании. Могу поклясться.

Сергей походя вырвал из земли пучок травы, обстучал в ладонь землю и, как крошки со стола, высыпал в рот.

Прожевал, проглотил.

Все замерли – поразил контраст лёгкости и быстроты его движений с торжественным смыслом слов «могу поклясться».

Сергей продолжал как ни в чём не бывало:

– О чём мы можем договориться, если у нас на собраниях две группы? Вы с меня как с председателя спрашиваете – и правильно спрашиваете.

Но мы разделились сами в себе и устоять не сможем. Поэтому из председателей я ухожу, кооператив всё равно не перерегистрируют, он перестаёт существовать. Кто-то захочет вшиваться, кто-то нет. С газом и электричеством я до конца доведу, конечно. А дальше будет ещё труднее, так что будем выплывать отдельно.

До меня не сразу дошел смысл слов Сергея. Как это: «ухожу из председателей»? А как же посёлок? Как же мы?

– Четыре первых участка рядом – мой, Алика, Аркадия, Ларисы – голосовали мы всегда вместе; если они меня поддержат, будем отдельным коллективом.

С общими фермами и кормовым цехом разберёмся, распишем как следует. У меня всё.

Оглушённое собрание молчало.

– Правильно, Сергей, – Аркадий очнулся первым. – Сколько можно уговоры уговаривать! Я с тобой.

– И я, – сказали мы одновременно с Ларисой.

– Хорошо, – Сергей улыбнулся нам. – Борису от своего участка я кусок отрежу, будет нормально жить.

– Почему от своего? – сказал я. – От всех четырёх отрежем с дальнего конца.

– Сергей, не горячись, – сказал Вадим. – Так нельзя. Были высказаны… как бы это выразиться… амбивалентные мнения, но это нормально. Это является…

– Зачем так делать? – крикнул Армен. – Что за чепуха?!

– Мы пойдём с вами, хотя наш надел на отшибе, – сказал Богомолов, жена кивнула. Я бросил взгляд на Ксению, она быстро опустила глаза.

– Надо голосовать! – вскочил Ильяс.