Страна Яблок

Я скосил глаза на рабочее поле Ларисиного ай-стика – буквы, чуть ли не опережая выступающих, вылетали из диктофона и строились в текст протокола. Наши бурные речи сразу исправлялись и шлифовались. Наверное, нет человека, который не восхищался бы этим завораживающим графическим решением – буквы мельтешат, сталкиваются, подлетают новые, и из этого роя непрерывно выползает ровная строчка.

– Давайте голосовать, – предложил Ильяс. Он упёрся в лавку сжатыми кулаками, руки его дрожали.

Сергей помолчал, обвёл собрание глазами и сказал:

– Кто за то, чтобы исключить Спиридонцева из кооператива?

«Против» проголосовали братья Закирзяновы и сам Спиридонцев.

– Да мне совершенно насрать на ваше голосование! – кричал Спирька. – Вы никто для меня! Никто! Да вас вообще нет, вы юридически не люди! Никто! Участок продан, можете в своей песочнице за что угодно голосовать! Собрание, голосование, председатель! Детский сад! Он давно вас попам продал, только никак документы не оформит! Потому и хочет выделить все техпостройки!

Глаза Сергея потухли, лицо залила глухая усталость.

– Мы тоже «за», – неожиданно раздался глухой голос Богомолова. Он всегда как из-под кровати бухтел. – Мы тоже «за».

И они с женой подняли руки.

– Три «против», восемь «за», воздержавшихся нет, – подытожил Сергей. – Постановили: исключить Спиридонцева из членов кооператива… и всё остальное по форме: про прекращение взаимных обязательств и так далее.

Богомолов стоял, оглаживая бороду. Ждал.

– Христос учил: «Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твоё было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки её и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твоё было ввержено в геенну».

Мы уставились на Богомолова. На собраниях он почти всегда молчал.

– Святой Феофилакт пояснял это место в Нагорной проповеди так, что нужно пожертвовать больной частью ради сохранения целого. А человек этот, – Богомолов указал на Спиридонцева обличающим перстом, – есть больная часть, есть глаз, соблазняющий нас, и рука, соблазняющая нас. И наш долг – отторгнуть его.