Предание о Тору

Ах, какие изящные пальчики на ее ступнях, с перламутровыми, словно жемчуг, ноготками, трогательно поджатые…

– …Жа, – наконец выдохнул Тору, стараясь собраться с мыслями. Сердце бешено колотилось. Спокойно, сказал он про себя, спокойно. Воин должен держать себя в руках. Это просто красивая девушка. Правда, очень-очень красивая.

– По… послушай, Ния, у меня в походном мешке найдется покрывало… можешь завернуться, а я не буду смотреть, – сбивчиво заговорил Тору.

– Да, не мешало бы укрыться чем-нибудь.

– Н-не совсем нечего. У меня есть волшебное с-снадобье «Утолитель», одной к-капельки хватит, – воин, ругая сам себя за невнятное бормотание и заикание, суетливо, дрожащими руками, ковырялся в мешке, и его руки дрожали. Наконец он извлек и покрывало, и флакон.

Через несколько минут Ния свернулась клубком под покрывалом, а Тору сгреб еще не погасшие головешки назад в кострище, раздул огонь, добавил еще веток, и пламя разгорелось.

Он присел на корточки и стал любоваться спящей девушкой. Как же она прекрасна! Кажется, сейчас она стала еще привлекательней, когда контуры ее тела лишь угадываются под тканью. Никому не отдам, защищу, сберегу…

Только под утро парень привалился спиной к камню и задремал, держа ладонь на рукоятке меча. Слух его был чуток: несколько раз Тору вздрагивал от едва слышного шелеста или скрипа и, крепко сжав рукоять, напряженно озирался по сторонам.

Вдруг послышалось особо сильное шуршание, а затем треск и какой-то клекот. Все это доносилось из-за скалы, за которой лежало два мертвых гоблина. Обнажив меч, Тору осторожно заглянул туда – и увидел, что на трупы слетелось несколько черных птиц-падальщиков, которые начали свою жуткую трапезу, взмахивая крыльями и перепархивая с одного тела на другое.

– Тьфу на вас! – поморщился юноша, вернулся на свой «пост» и снова стал смотреть на милое лицо спящей девушки.

«Вот она, красота. А в нескольких шагах – жуткое уродство и смерть. Вся жизнь такова, – подумал он. – Мне это кажется удивительным лишь потому, что я слишком молод. Мудрый дедушка Иолл, наверное, только бы усмехнулся».

…Утром, когда Ния, снова попросив парня отвернуться, оделась в сухое и чистое (хотя и надорванное во многих местах), они направились в путь на восток, в сторону королевства Люциуса.