Игра джокера

– Можно к вам, Дмитрий Станиславович? – спросил он с учтивой улыбкой.

– Ну конечно, проходите, Иван Кузьмич, – ответил Давыдов, снимая очки.

Иван Кузмич застенчиво вошёл в кабинет и прикрыл за собой дверь.

– Как поживаете, Иван Кузьмич? – спросил Давыдов, протягивая руку для приветствия.

– Спасибо, Дмитрий Станиславович, вашими молитвами, – ответил, здороваясь, посетитель.

– Ну что же вы стоите? Присаживайтесь, – пригласил Давыдов гостя, показывая рукой вокруг стола.

В кабинете тренера было просторно и, если можно так выразиться, весьма многогранно. На стене висели фотографии с чемпионатов, запечатлевшие моменты награждений бойцов. С каждого снимка улыбался чемпион мира по смешанным единоборствам либо восходящая звезда этого вида спорта. Везде на этих снимках был и Давыдов, так как он сам этих звёзд выращивал и продвигал вперёд.

Перед столом стоял старинный комод из красного дерева. От ножек и до платформы по нему ползли быстрые извивающиеся драконы; ручки, исполненные в форме иероглифов, были сделаны из жёлтого металла в виде катан – самурайских мечей.

На комоде, в подставке для мечей, находились две катаны и два самурайских кинжала – вакидзаси. На декоративных полках, развешанных на стенах кабинета, помещались многочисленные кубки и медали, полученные клубом «Русский легион», которым руководил Давыдов.

За креслом, где сидел Давыдов, стоял шкаф, тоже старинный, заполненный всевозможной духовной литературой разных религий и учебниками по самосовершенствованию и различным единоборствам, собранными со вcего света.

Под фотографиями возле стены располагался удобный диван, а вокруг стола в форме буквы «Т» были расставлены стулья, и жест Давыдова приглашал гостя устроиться там, где бы он чувствовал себя удобнее.

Гость сел поближе к нему и с тоской произнёс:

– Я уже и думать забыл о спорте, в мои-то годы…

– Да бросьте, Иван Кузьмич.

У вас жена молодая, вот вам и спорт, – улыбнулся Давыдов.

– Жена-то молодая, да я уже не тот, Дима, – ответил тем же тоном Кузьмич.

– Старый конь борозды не портит, – не унимался Давыдов.

Кузьмич закашлялся; потом, хитро улыбаясь, заговорил уже другим тоном:

– Я ведь зачем пришёл-то, Дмитрий Станиславович… Выборы на носу. И в депутаты, и мэра в этом году. И везде там у меня интерес есть.