Свиток проклятых

Женька вдруг поймала диковатую мысль, которая прежде от нее ускользала. Все происходящее этим вечером походило на сказку… но при этом на сказку немножко механическую, что ли. Как будто ходишь по комнате, заполненной разными странными предметами, и надо взять верный, и что-то с ним сделать, и тогда откроется дверь в следующую комнату…

– Вот именно, маленькая. Вы сами ответили на вопрос, – улыбнулась Ольга. – Оракул, как думаешь, это мачеха постаралась?

– Если так, многое проясняется, – прокряхтел малыш. – Евгения, наверняка мачеха заползла в постель к твоему папаше чуть раньше, чем у тебя пошла первая кровь? Она была сладкая и добрая, зато твой отец стал грубым и злым, так? Чернильница пропала с глаз, так? Потом твой отец стал пить, а Наташа его спасала? Он поджег чужое имущество, или потратил казенные деньги, а Наташа его, вне сомнения, пыталась спасти? Наташу все жалели, так?

– Он не потратил, – Женька почувствовала, как щеки становятся горячими.

 – Там была эта, как ее… недостача, его обвинили, но это неправда!

– Само собой, неправда, – без тени иронии согласился Оракул.

 – Такая же ложь, как ваша смертельная болезнь.

Женьке хотелось сжать виски, и встряхнуть мозги, со всей силы, чтобы вырваться из лабиринта.

– Евгения, мы не позволим вам себя убить, – великанша обернулась к щуплой соседке, – Привратник, она просыпается, она проснется.

Несколько мгновений Привратник раздумывала, затем щелкнула пальцами. Мужчины в костюмах отлипли от невидимой границы, и тихо встали у нее по бокам.

Точно два охранника, спокойные и аккуратные.

– Именем Храма, объявляю тебе мир.

– Мир, – откликнулась Ольга.

Обе посмотрели на Женечку. Холодно и твердо, как на распластанную под микроскопом, лягушку. Оракул выплюнул птичью голову и сообщил:

– Сегодня кто-то из нас умрет.

Глава 5. Стальные семена

Еще не проклюнулись стальные семена, посаженные в горячий пепел моим отцом, когда на Орлином перевале заморгали сигнальные костры. Заклинатели хунну зализали раны, укрывшись за вечно тлеющим берегом Мэотийского Понта.

Недаром сказано, что золото ломает и стальные ворота. Хунну дождались подкреплений, посулами и крадеными драгоценностями они купили дружбу персов, наших исконных врагов.

Дука Закайя сам проверил, как сидят на сыне чудесные валахские доспехи. Мне шел десятый год, я вырос вдвое, но гибкий панцирь вытянулся вместе со мной. Короткий меч по ночам звенел от голода, а щит я научился метать так, что разрубал им в полете утку.