Судьба изгоя: Путь Хиридаи

– Тогда ладно, начнём с завтрашнего дня, но, если станешь жаловаться, что устал, и захочешь бросить, я больше не возьмусь тебя тренировать, а сейчас иди к моей дочери и вместе с ней отправляйтесь в лес, она поймёт зачем.

Яманото продолжил тренироваться с мечом, Хиридая тем временем пошёл к девочке. Она сидела на траве возле дома, и пела песню:

People

Demons are crying

We can be better

Are there any more tears to cry

Why you feel so alone all against the world

Хиридая тихо подошёл к дочери Яманото, и оставаясь незамеченным стал слушать песню девочки:

When you used to sing alone

Song of faith you can change

It’s not too late

People stop fighting!

Demons are crying

Тут она повернула голову и увидела Хиридаю, который стоял и смотрел на неё.

– Красиво ты поешь.

– Спасибо, – ответила она дрожащим голосом.

– Твой отец сказал нам с тобой идти в лес и, что ты поймёшь зачем.

– Хорошо, сейчас вернусь, – ответила она и побежала в дом.

Хиридая остался её дожидаться; его белые длинные волосы развевались на ветру. Спустя несколько минут он увидел, как девочка возвращается к нему с луком, который был, считай, почти с неё размером, она держала его в левой руке.

– Мы пойдём на охоту, – сказала она тихим голосом, не поднимая глаз.

Хиридая посмотрел на неё, она была в тёмных, порванных от старости штанах, поверх – зелёная курточка, кожаная обувь, подошвы которой уже отваливались.

– Перед тем как мы зайдём в лес, можешь назвать мне своё имя?

– Меня зовут Мируи.

– Меня Хиридая.

Не говоря больше ни слова, они вошли в лес, вокруг стояла сплошная стена из высоких деревьев, закрывающих собой солнце. Шли они тихо, чтобы не спугнуть животных. Неожиданно Мируи подняла руку вверх, знаком показывая остановиться. Девушка натянула тетиву и пустила стрелу, которая пролетела между деревьев, а затем они услышали звериный вой.

Хиридая никогда раньше не видел такого животного, но и на охоту он никогда не ходил (они с братом в основном сидели дома, разговаривали лишь наедине, находясь либо в своей комнате, либо в одиночестве сидя на поле возле собственного дома, так, чтобы этого никто не увидел).