Ложный король

А если он был проклят повитухой?

– Байка, – поспешил развеять суеверную уверенность Валески юноша. – Проклятые слизь не изрыгают. Это давно известный факт.

– И вовсе это не смешно. Так вы общались с этой Гарпией? Видели её… его лицо?

– Нет, – повертел головой Сальвадор, подумывая попросить шуструю дочку графини Шеноя не стискивать его локоть с такой силой, будто ослабь она хватку, он убежит. – Я был лишён такого удовольствия. Мне хватает общения и с её светлостью Улиссой.

– А что она?

Сальвадор повёл бровью, подбирая слова.

– Зла, обижена, амбициозна, чрезвычайно набожна и очень сильно влияет на внука. Даже если Теабран не захочет доказывать законность своих притязаний на трон железом и кровью среди непокорных графов, под её влиянием он вполне может устроить вторую ночь Унганн-Геде.

– Думаете, может дойти до такой крайности? – усомнился Керро. – Мы же не дикие племена.

– До того, как кирасиры вырезали пятнадцать тысяч баладжеров, люди тоже так думали. Поэтому лично я бы принял во внимание возможность и такого развития событий.

– Вы намекаете на моего отца?

Троица приостановилась. Землистое лицо Сальвадора оставалось непроницаемым, только тонкие губы чуть дрогнули.

– Трудно не брать в расчёт его весьма прямолинейный отказ от присяги на верность Теабрану. Отчасти в том, что сейчас происходит между вашим отцом и Витторией-Ларой, есть моя вина. Мы говорили сегодня утром, я высказал ей некоторые свои измышления, которые, по всей видимости, произвели на неё впечатление и привели её к определённого рода выводам на сей счёт.

– Она ему угрожает? – догадался Керро.

– Согласен, не все методы графини отличаются корректностью по отношению к оппоненту.

Керро едва сдержался, чтобы не назвать мать Валески шлюхой.

– Значит, угрожает.

– Не могу спорить, я не подслушивал.

Юноша стушевался.

– Сантин Гримани, просто поверьте, вашему отцу лучше не идти на конфликт и преклонить колено. Так будет лучше для всех. В политике гордыня неуместна.

– Не согласен, – категорично возразил юноша.

Серое лицо казначея вытянулось, красивые глаза озадаченно посмотрели на мальчишку.

– Нет и нет! – с горячностью, свойственной молодости, повторил Керро. – Мой отец прав. Нельзя ему присягать. Это погубит всё, во что мы верим.

– И во что же вы верите?

– В истину, – зелёные глаза загорелись огнём борьбы за правое дело. – Теабран – Ложный король, по происхождению и по сути. Вечера, вот кто должен был получить корону.