Продавщица роз. Сказка

 – Что же тебе написать?

– Что угодно! Для меня это будет бесценно!

– «Анжелике на добрую память» – нет, как-то по-стариковски. «Анжелике от всего сердца»! Нет… это же не подарок. Я должен был тебе ее подарить, – прости, не подумал…

Наконец, он написал: «Анжелика, все будет хорошо!».

Она прижала надпись к груди.

– Спасибо! До встречи!

– До встречи.

Девушка развернулась в сторону выхода из двора. Единственный учебник и одна тетрадь по всем предметам, которые она несла в маленькой сумке, служили прикрытием.

Никто не должен был знать, что Анжелика умела перемещаться в более важную – Тайную – Вселенную, где не было школы, осени, ветра и Светланы Олеговны.

И сейчас соседи наблюдали, как она шла по тротуару, а легкие сухие листья кружили вокруг. Никто не знал, что осеннее утро было союзником девушки, создающим видимость ее присутствия в реальности каждый раз, когда ей это было нужно.

Она располагала лишь несколькими минутами по дороге в школу. Но в Тайной Вселенной минуты имели способность растягиваться в часы, замедляя почти до полной остановки все, происходящее в реальном мире.

Тогда появлялась возможность закрывать глаза, чтобы, открыв их снова, оказываться по ту сторону октября.

Анжелика открыла глаза, уже не чувствуя прикосновения ветра.

Девушка шла по белому коридору, освещенному лампами дневного света. В ее глазах горели разноцветные огни приборных панелей и серо-голубых мониторов. Голос из книги, звучащий голосом Глеба, задавал один и тот же вопрос. И Анжелика отвечала: «Я тебя слышу.

Я слышу.»

***

Девушка открыла глаза. На мониторе вырисовывалась кривая, мигало сердечко, ритмично пищал звуковой датчик. Походило на больницу. Она обвела помещение глазами: белые пол, потолок и стены. Рядом прибор – как он называется? – показывает, есть ли пульс. Свет приглушенный – как будто знали: она проснется, – и позаботились, чтобы освещение было комфортным. Как будто ждали.

Во рту пересохло, ноги и руки онемели. Попробовала пошевелиться – почувствовала, как множество иголок впилось в ее тело.

Облизала губы и снова посмотрела на монитор сердечного прибора, будто в поисках ответов: кривая, сердечко, пик-пик-пик. Чего же она ждала? Как будто что-то еще могло отображаться…

«Ты меня слышишь?» – появилось на мониторе. Белым по синему – четко, тем же шрифтом, что знаки, обозначающие пульс. Одновременно прозвучал в голове и его голос.

Девушка резко вскочила, сев на кровати, заставив упасть держатель с капельницей.