Выстрел в зеркало

 – Зашибительно! Электричества нет, водопровода тоже нет. Зато вода – хоть горячая, хоть охлажденная. Сервис, чтоб его!

– Привыкли америкосы… к комфорту! – фыркнул Казаков. – «Тюлени», блин. Интересно, они во время высадки в «зеленку» антикомарин с собой берут?

Спецназовцы с интересом наблюдали, как мучаются американцы возле автомата, пытаясь отхлебнуть воду. Потом лейтенанту Дэвидсону пришла в голову правильная мысль.

– Стаканчики! – что есть мочи заорал он. – Бумажные стаканчики! Для воды!

На автомате появилась большая разноцветная горка.

– Ну, теперь дело пойдет, – иронично заявил Людоед. – Столики, креслица, панамки. Зонтики от солнца.

– Солнца тут нет, – напомнил Казаков.

– Не важно, – махнул рукой Мясников. – Главное, чтоб зонтики были…

Американцы и впрямь очень быстро сообразили, что можно продолжать в том же духе. Вновь задрожал воздух. Спецназовцы ГРУ, уже привычные к такой картине, все равно глядели с интересом. «Тюлени», впервые наблюдавшие, как «зеленые человечки» из воздуха создают материальные объекты, смотрели, раскрыв рты.

Однако в себя пришли быстро. Американская казарма чем-то очень напоминала русскую. Одноэтажное здание, с двускатной крышей, то ли грязно-белого, то ли серого цвета. Потом кто-то из боевых пловцов «заказал» тренажерный комплекс. Возле домика «тюленей» возник целый клубок металлических конструкций – лесенки, турники, брусья.

– Вау! – обрадовался майор Казаков. – А вот это они хорошо придумали! Надо и нам опыт братьев по оружию перенять.

Американцы между тем аккуратно занесли в казарму лейтенанта Даниэля Мэрфи, который пришел в себя, но по-прежнему не мог ходить.

– У них, наверное, душ горячий работает, – заметил лейтенант Запорожец.

– Можешь не сомневаться, – ухмыльнулся Людоед. – У них все там… по высшему стандарту. Унитазы, писсуары, столики на камбузе. И даже фотки полуголых баб возле каждой койки. Америкосы это обожают. Я как в их казарму вошел, в Литта-Крик, так просто обалдел.

– А че, нормально! – заявил лейтенант Кононов. – Мужики они или нет?

– Конь – он и есть конь, – заметил капитан Тополев таким невинным тоном, что все покатились со смеху.

Лейтенант ничуть не обиделся.