Авессалом-3. Проклятие Хириушара

Потом как-то совершенно естественно откинулся на траву, прислонился спиной к камню, предоставив Кириллу и Запеканке самим дочищать оставшуюся посуду.

– Есть у нас тута такая троица. Странноватые… Парни особо их не любят, а Запеканка так вообще на дух не переносит. Да Запа?

Здоровяк не ответил, сосредоточенно растирая песком внешнюю сторону котла.

– Короче, после того как мы сбежали и обосновались тут в горах, встал вопрос с обеспечением. Продовольствие, одежда, мечи, всё такое. Эта троица тут же вызвалась.

Кузнец, похоже, не особенно надеялся на них, но всё же отпустил. Наверное, надеялся, что не вернутся… – Фома сунул в рот травинку. – А те возьми, да и явись через пару дней. С лошадьми, оружием. Жратвы притащили много. Оружие пригодилось уже скоро – Псы разузнали про лагерь и сунулись небольшим отрядом…

– И что? – Кирилл застыл с котлом в одной руке и пучком травы в другой.

– Что-что… – и мечей у нас стало ещё больше, – хмыкнул тощий.

– Псы – это местные солдаты?

– Типа того.

– И они больше сюда не сунутся?

– Размечтался!

– Ясно, – Кирилл снова принялся тереть котёл. – Так что с фуражирами?

– Ну, что-что… С месяц они ещё поездили по округе. А потом вдруг пропали. Как в воду канули. Вот мы и давимся какой-то репой уже неделю.

– Я слышал, что эти ваши фуражиры теперь у того здорового, с которым я вчера подрался.

– Что? – подхватился Фома, выплюнув травинку. – Они у Балу? Вот дерьмо! Ты слышал, Запа?

Запеканка хмуро покачал головой, опустив могучие плечи.

– Нда… – тощий поднялся и стал собирать котлы, вставляя один в один.

– Кстати, а кто такой этот Балу?

– Спроси у Кузнеца, – мрачно бросил ему Фома.

От его весёлости не осталось и следа. Он подхватил котлы и потащил их к лагерю. Запеканка молча похлопал Кирилла по плечу и последовал за ним.

– Я бы спросил, – задумчиво пробормотал Кирилл. – Так у вас же тут не принято задавать ему вопросы.

***

– Прежде чем ты начнёшь, скажи, это был тощий рыжий ублюдок?

– Да.

– Хорошо, – процедил сквозь зубы Марк, хотя стальной блеск его глаз говорил об обратном. – Как мать?

– Нормально, жива-здорова.

– Хорошо, – повторил Марк, и на этот раз лицо его действительно стало чуть добрее. – Ладно. А теперь давай с самого начала подробно, о том, как здесь оказался, и вдвое подробнее о том как…, – он кивнул на ноги Кирилла, – как исцелился.

Кирилл рассказал.