Гиблые земли

Больше попыток сблизиться Катя не предпринимала, Роман тем более. У них выработалась негласная договоренность: пока один находится в доме, другой – в саду, и наоборот. Вместе в помещении было как-то неловко, хотя и неясно, почему: каждый же в своем углу.

Прошла неделя. Затем еще одна. В конце июня зарядили дожди. Из дому не вылезешь, мокнуть в саду никому не хотелось. Мама часто работала за себя и коллегу, которая ушла в отпуск, дома появлялась набегами.

В понедельник ближе к вечеру Катя пришла на кухню и, открыв холодильник, принялась задумчиво изучать содержимое полок.

Мама придет поздно, нужно что-то приготовить на ужин. Сварить суп с фрикадельками проще всего, но его не хочется. Окорочка куриные, может, пожарить?

– Хочешь, оладьи сделаю?

Катя обернулась и увидела стоявшего в дверях Рому. На нем были черные джинсы и синяя футболка. Никакого смартфона в руках.

– А ты готовить умеешь? – недоверчиво спросила она.

Брат пожал плечами.

– Только самые любимые блюда. И не очень сложные. Селедку под шубой могу.

Торт «Черный принц». И оладьи. Мама говорила, если что-то нравится, ты должен уметь сам себя этим обеспечить, чтобы не зависеть от воли и желания других людей.

Катя поразмыслила и кивнула: что ж, с этим не поспоришь.

– Селедки соленой у тебя, думаю, нет. Торт как-то не в тему. Вот оладьи – в самый раз.

– Я их люблю, но печь не умею, они у меня вечно к сковороде липнут, – призналась Катя.

– Значит, решено?

– Оладушки да блины на солнышко похожи, бабуля так говорила.

А сегодня дождливо, солнца не хватает, – вырвалось у Кати прежде, чем она успела сообразить, что это звучит по-детски. Роман засмеет.

Но он не стал смеяться. Нацепил мамин фартук, подошел к посудному шкафу, загремел кастрюлями. Следующий час они посвятили блинам: Рома руководил, Катя была на подхвате.

Роман не соврал: со знанием дела смешал в миске все ингредиенты, ловко переворачивал оладьи на раскаленной сковородке, и получались они ровные, круглобокие – загляденье. На большой тарелке росла золотистая пирамидка, Катя промазывала желтые круги кусочком сливочного масла, насаженного на вилку (брат велел, чтобы не слипались).

– Чайник поставь, – скомандовал Роман. – Сгущенка есть? Или варенье?

– Клубничное и малиновое, – отрапортовала Катя.

– Доставай оба.

Около семи часов уселись пить чай.

– Мама придет, удивится, – с довольным видом сказала Катя и поймала себя на мысли, что совершенно не испытывает никакой неловкости в обществе брата.