У крайней линии

Я смогу сплотить их в боевую единицу только с помощью военной дисциплины и четких команд, которые необходимо исполнять! Без рассуждений!

Вот так-то, господин комиссар!

– И последний вопрос – зачем вам родительница Сони?

– Она будет поварихой – это важно, это будет создавать ощущение того, что мы дома, а не на немыслимом расстоянии от своей планеты.

Кроме того, кто-то должен присматривать за подростками!

– Ну, – сказал Виктор, когда они, обсудив всё, вышли на лужайку перед служебным блоком, – теперь я готовлю.

Только что они были одни – и вот на лужайке уже целая толпа народа! Сначала раздались негромкие, затем – все более крепнущие возгласы изумления, а затем все перекрыл громкий крик: «Мама!», в ответ: «Кто ты, девочка?»

– Мама, это я, Соня! – тоненькая фигурка девочки-подростка бросилась к миловидной русоволосой женщине, но та оттолкнула ее:

– Та ну, девочка! Ты не Соня, Соне девять лет!

Виктор шагнул к ним, схватил руками Софью, прижал ее к себе, и стал шептать на ухо:

– Соня, успокойтесь! Вы просто стали более взрослой! А мама этого пока не поняла! Успокойтесь!

Он включил свои свойства эмпата и стал воздействовать на чувства встревоженного и испуганного ребенка.

– Где мы? – все чаще раздавалось вокруг. Виктор чувствовал волну возбуждения и начал воздействовать на всех, успокаивая и задавая общий позитивный настрой.

– Внимание! – сказал он. – Перед вами два здания. Пройдитесь по ним, посмотрите надписи на дверях, загляните в комнаты.

– А почему мы говорим на русском языке? – вопрос, конечно же, задала Бай Юньпень – лейтенант разведслужбы государства Тайвань.

– Просто потому, что ваш командир – русский! Это – я! Потому, что вам придется на время всем стать военными! Наконец, потому, что мы получили задание – и чтобы его выполнить, все мы должны хорошо понимать друг друга!

Но призванными на службу вы станете, как только наденете такую же форму, какая надета на мне.

Виктор повернул голову назад – все это время Малый предусмотрительно прятался у него за спиной.

– Сделайте им всем часы! – попросил он комиссара. И через несколько секунд раздались голоса нового изумления – появившиеся на запястьях часы были непривычной формы и с необычным циферблатом.