Хроники дворцовых интриг Виалрии. Том 7. Эскалация

Однако сделать это ему не удавалось на протяжении некоторого времени. Что было новым для него опытом, так как раньше гипнотизёр никогда не страдал от бессонницы.

По началу, халфинг не мог уснуть из-за доносящегося сквозь прикрытые оконные ставни звука. Но постепенно, этот шум стих, но Оридат всё равно не засыпал. Он закрывал глаза, лежал в таком положении какое-то время, пока неведомый страх не переполнял его. Раз за разом его глаза открывались. Гипнотизёр обнаруживал себя в полной ночной темноте.

Эта боль вынуждала Оридата приподниматься в кровати и осматриваться по сторонам. Его бросало то в жар, то в озноб. Вместе с этим, халфингу добавляла волнения окружающая его темнота. Его воображение показывало ему оживающие силуэты вокруг его кровати. Эти силуэты не давали ему успокоиться и уснуть тем, что напоминали о загадочном тёмном маге, с которым Оридату пришлось столкнуться этим вечером лицом к лицу.

Чтобы избавиться от постоянного страха перед темнотой, который вдруг окутал его всего, Оридат принял решение, зажечь в комнате свет. Для этого он аккуратно поднялся с кровати, сделал несколько шагов в темноте в ближайший угол комнаты, где и разжёг восковую свечу. Пламя свечи тут же осветило несколько метров вокруг Оридата, Что и привело к тому, что халфинг начал постепенно успокаиваться.

Однако оставлять в таком виде открытый огонь свечи он не хотел. Но и тушить единственный источник света халфингу не хотелось. Решить эту проблему могла бы стеклянная масленая лампа, которой у гипнотизёра не было в распоряжении. Вместо того, чтобы спать, Оридат стал думать о том, как ему решить свою проблему. Спустя некоторое время, он подошёл вплотную к закрытому деревянными ставнями окну и, приложив некоторое усилие, открыл их.

Комната наполнилась свежим воздухом, задуваемым ночным осенним ветром. Кроме того, на противоположную от окна стену упал свет от не полной луны, которая располагалась высоко в ночном небе. Халфинг с удивлением обнаружил, что на видимой ему части внутреннего двора не так безлюдно, как он предполагал до того, как открыть ставни окна. Несмотря на отсуствие прежнего шума, этой ночью оживление в замке не обещало прекращаться.