Остерия «Старый конь». Дело первое: Кьята

«Как хорошо, что я настоял на том, чтобы подойти к деревне скрытно, по одному и в крестьянской одежде! Иначе наблюдатель воров заметил бы!»

Мысль скользнула где-то на границе сознания, разум был занят оценкой боя:

…Стрелок воров успел взвести арбалет и теперь поднимает его, намереваясь ссадить еще одного охранника.

…Всадник стреляет из пистоли в лицо вору с копьем и рубит второго мечом по руке.

…Мерино стреляет в арбалетчика, и тот, получив болт в живот, падает обратно в яму, из которой вылез. Дознаватель хватает ворот и быстро-быстро начинает взводить оружие.

…Из рощи, размахивая шпагами, вылетает группа из пяти человек, одетых крестьянами. Еще трое – второй засадный отряд Тайной стражи – бегут к месту сражения от коровника.

…Мерино крутит ворот… крутит головой – ищет наблюдателя воров, что подал сигнал.

…Падает с коня еще один стражник. Воров на ногах семь человек.

…Еще один стражник сползает на землю с болтом в боку.

…Мерино отбрасывает ворот и укладывает стрелу на ложе.

…От деревни к лесу мчится человек.

…Пятерка дознавателей добегает до места схватки и практически сразу же приканчивает троих разбойников.

…Двое оставшихся стрелков-воров откидывают в сторону арбалеты и вытаскивают длинные ножи.

…Мерино стреляет убегающему в спину. Дистанция – около ста шагов. Болт попадает прямо в поясницу, и человек падает, истошно вереща.

…На месте сражения появляются еще трое дознавателей, и все очень быстро кончается. На коне остался только один стражник.

«Надеюсь, у этих дуболомов хватило ума оставить хоть кого-то в живых?» – подумал Мерино, вновь взводя арбалет. Еще не факт, что они накрыли всех, так что оружие должно быть готово.

С момента свиста прошла всего пара минут.

У «дуболомов», то есть коллег Мерино, дознавателей третьего и четвертого ранга, ума хватило. Когда он подошел к месту схватки, один из нападавших еще был жив. Однако широкая рубленая рана на ягодице говорила о том, что скоро раненый истечет кровью и отойдет в третью преисподнюю, где и положено находиться ворам и убийцам.

– Меня называют Праведником, – сказал он умирающему. – Ты слыхал обо мне?

Тот едва заметно кивнул и попытался изобразить уверенную бандитскую улыбочку («я тебя не боюсь, гончая!»)

– Я выбью твоей семье помощь магистрата, – продолжил Мерино.