Промоутер

Так тогда думали, во времена Совдепии, прагматично, научно, преклоняясь перед всем, что связано было с трудом и материалами, материализмом. Теперь всё изменилось и получилась какая-то эклектика. Новой идеи нет, а только наслоения старых.

В сером небе летел самолёт. Степан вернулся с балкона в комнату и упал на кровать, заправленную красно-чёрным пледом. Закрыв глаза, он начал мечтать. Мечтать он любил всегда, особенно в последние полтора года. Это было чем-то вроде его единственного развлечения. Он себя представил пилотом пассажирского самолёта.

– Степан Анатольевич, а, что будет, если у нас выключатся сразу два двигателя? – спросил его второй пилот. Это был маленький курчавый темноволосый смешной парень, дурачок, который непонятно, как попал в авиацию; видимо, по большому блату.

– Мы упадём, Алёша, – флегматично ответил Стёпа.

В их кабину зашла стюардесса Света, как две капли воды похожая на актрису Светлану Ходченкову.

– Стёп, там один пассажир хулиганит, – сообщает Света.

– Чего он хочет? – спрашивает Стёпа.

– Ещё выпить.

– Дебил. Ладно, я сейчас подойду.

– Я в тебе никогда не сомневалась.

Стёпа идёт в салон, где сидят пассажиры. В проходе паясничает толстый мужик с круглым злым лицом. Его волосатое пузо видно из-за того, что внизу его рубашка расстёгнута. Мужик орёт звериным голосом:

– Я вип! Я вип! Принесите мне виски, ублюдки! Меня знают все министры, а депутаты Государственной Думы, готовы выполнить любую мою прихоть. Я могу любого тут раздавить, как клопа.

Он схватил за подбородок мужчину в очках по виду профессора или учителя, но в следующий миг Стёпа взял его за руку и больно сжал в районе запястья.

– Ой! – застонал дебошир.

– Пойдём за мной, – скомандовал Стёпа.

– Куда?

– Ты выпить хотел.

– Так-то лучше.

Они приходят в помещение перед входом в кабину пилотов. Тут сидит Света и пьёт чай. Стёпа с размаху ударяет ногой между ног дебоширу. Тот сваливается мешком вниз. Стёпа нагибается и вдогонку наносит ему кулаком два сильных удара по носу, так что из него хлещет кровь.

– Дерьмо, – приговаривает Стёпа.

Он и Света связывают ремнём руки за спиной буяна. В это время самолёт начинает трясти. Стёпа вбегает в кабину пилотов. Алексей весь белый вцепился обеими руками в штурвал.

– Капитан, у нас заглохли два двигателя, – сообщает он. – Мы погибли.

Стёпа садится в своё кресло.

– Высота? – спрашивает он.

– Две тысячи двести.