Граничник. После Судного дня

– Стражи живы?

– Их души горят, ловчий! – сразу же отозвался демон. – О, как они горят! Какие вопли издают – просто музыка сфер! Но тебе не понять!

– Поменьше этих бредней, я не общинник, который от подобных тебе крестом отмахивается. Ты Крыс?

– Дурацкая у вас все ж таки классификация, ловчий. Ящер, обезьян, крыс. Только с Князьями и Владыками не облажались, да и то потому, что они вам сами поведали, как обращаться.

– Мне плевать, как вы промеж собой обзываетесь. Ты – Крыс?

– Ну Крыс, и что?

– И сосед твой тоже?

– Ну а кем ему еще быть, дурило? Часто видел, как стаи смешиваются?

– И как парочка Крысов захватила тела Стражей? Вы же падальщики, ничего, кроме как жрать и гадить, не умеете.

– Зато как! – хохотнул демон. – В этом лучше нас не сыскать!

Он продолжал глумиться. И явно не боялся того, что оказался в плену. У инопланарников, это многие допросчики отмечали, почти отсутствует страх смерти. А боли они хоть и боялись, но вполне могли ее терпеть. В полевых условиях допрашивать демонов было не проще, чем почесать зудящее место между лопатками.

Но, как и в упомянутом деле – умельцы имелись. Я был одним из таких. Ящеры и Крысы у меня пели, как он там сказал – куда там музыке сфер.

– Ну что же, значит с «Отче наш» начнем, – произнес я. И для Стефана уточнил: – Помнишь молитву-то или надо подсказать?

– Да.

– Ну тогда читай. Искренне только, а не как в храме на воскресном служении.

Демон презрительно скривился.

– Думаешь, слабенькое защитное заклинание тебе поможет? У вас, людей, нет столько веры, чтобы оно сработало!

Стефан, прикрыв глаза, бормотал молитву.

Заканчивал на «аминь» и тут же начинал снова. Семь раз прочел, а потом, выполняя мою команду, проговорил:

– Вера без дел мертва, демон.

И вылил ему на голову святую воду.

Того выгнуло дугой. Зубы издали такой звук, будто крошились друг о друга. Глаза закатились, но из сомкнутого рта не донеслось ни стона, ни крика.

– А дела мертвы без веры, – закончил я, когда дыхание вернулось к одержимому.

 – Ты подумай, Крыс, смерть – не такая уж плохая альтернатива. Выйти из тела ты не можешь – не сам зашел, не самому и выходить. А я могу сейчас наполнить корыто за избой водой и освятить ее. Умереть не умрешь, но…

И развел руками. В смысле, Стефан развел. С некоторой задержкой, все-таки он никогда раньше не видел допроса инопланарника.

Демон тяжело дышал, но рта не раскрывал.

– Ты же не первый Крыс, с которым я беседую.