Граничник. Апокалипсис на Церере

Анализаторов у меня не было – как-то не удосужились поставить, но судя по тому, что предназначенные для атмосферы дроны бодро выпорхнули наружу, за стенами капсулы воздух был. А также гравитация – это я уже по положению тела Стефа определил.

«Выдыхай уже!» – с насмешкой бросил я.

Страж выпустил из легких воздух, затем вдохнул порцию здешнего – с таким видом, словно он и не сомневался в благополучном исходе нашего путешествия, он шагнул за дверь и произнес, обращаясь к нехристю:

– Пошли посмотрим, куда мы прилетели, маг.

4

Выйдя из капсулы, мы оказались в помещении, в миниатюре копирующем место сражения с Сетом и его прислужниками. Оно было раз в десять меньше, контейнеров (то есть грузовых транспортных капсул) здесь стояло всего шесть штук, главным же отличием этого зала от оставшегося на земле было наличие яркого освещения.

На нем тут явно не экономили. Свет лился из белых стен, того же цвета потолка и пола, при этом его источника я никак не мог разглядеть.

Немногочисленные предметы – кроме контейнеров здесь находился длинный белый стол, похожий на барную стойку, и два непонятного назначения стеклянных куба в человеческий рост – тени не отбрасывали.

С другой стороны, все это – свет, воздух, отсутствие видимых признаков разрушения – обнадеживало. Значит, станция по меньшей мере функционирует. Осталось только выяснить, кто здесь правит бал и где найти центр отправки пассажиров.

– Воздух будто пережженный, – с некоторым неудовольствием отметил Гринь, с исследовательским интересом шмыгая носом.

– Ионизированный, – поправил его Стеф после моей подсказки. – Что-то вроде дезинфекции для прибывших.

Ни дверей, ни окон в помещении не имелось. Оставалось загадкой, как наша капсула вообще сюда попала. Не телепортировалась же, подобно Сету? Да и не было у наших предков подобной технологии, по крайней мере, в моих архивах об этом ничего не говорилось.

Ответ на данный вопрос я получил очень быстро.

Часть дальней от нас стены треснула и разошлась в разные стороны, а капсула поплыла к пролому. Десять секунд – и наше транспортное средство скрылось за вновь ставшей монолитной молочно-белой поверхностью.

– Добро пожаловать на станцию Церера-Сортировочная! – раздался над головами приятный женский голос.

Несмотря на волнующую грудную хрипотцу, было в нем нечто странное и даже чуждое. Только я никак не мог сообразить, что именно.