Два мира по цене одного

Я полагаю, что конфликт уже исчерпан, – он с вопросом посмотрел на замершего кабана, дождался пока тот мелко и очень быстро закивал, после чего, для альбиноски, закончил. – Да и не было никакого конфликта. Сейчас мы с этим господином отправляемся выпить. Верно?

Хряк снова задрожал головой, подтверждая, что у них всё в полном порядке. Девушку он, кажется, боялся, правда, оснований для страха боярин не видел. Может быть, она входила в состав администрации этого города или была доносчиком той самой городской стражи? Чёрт ведь его знает, как тут устроена жизнь.

– Спасибо, братан! – с чувством проговорил здоровяк, когда девушка, приняв ответ, ушла. – С меня причитается! Меня, кстати, Борей зовут.

– Игорь, – с лёгкой улыбкой дипломата произнёс Игорь в ответ. – Ну так веди уже.

Кабан, поминутно оглядываясь – идёт ли спутник следом – пошёл через площадь. На этот раз двигался он осторожнее, не собираясь создавать новых столкновений. Боярин шагал следом, рассматривая публику.

Он не заметил этого сразу, точнее не придал этому значения – хватало других причин для удивления, но, кроме людей и нелюдей, на площади имелось ещё множество верховых животных.

Столь же чудных, как и люди. В большинстве своём, под седлом ходили лошади, разряженные, словно на хозяева приготовили их выставку, но встречались и медведи, носороги, и волки. В одном месте Игорь заметил даже страуса, на котором гордо восседал какой-то бородатый карлик.

«Театр абсурда! – без враждебности подумал путешественник по Параллелям.

 – Но привыкнуть можно».

За возможность вновь стать полноценным человеком, что в его случае означало возвращение дара, он мог простить этому миру и верховых ящеров.

Полузверь привёл его к трёхэтажному зданию, над входом в которое светились неоном буквы вывески, складывающиеся в слово «Красный угол». Народу тут было не меньше, чем везде, однако внутрь никто не входил, предпочитая, отчего-то, толпиться снаружи.

– Это здесь, – произнёс детина и открыл дверь. Из помещения ударил шум: сплетение музыки, звона посуды и множества одновременно ведущихся разговоров.

Не лучшее место для беседы, по мнению боярина, однако решалось это довольно просто – аспектом «покрова».

Мужчина уже собрался было шагнуть внутрь вслед со своим сопровождающим, как вдруг на него обрушилась тьма. Возникло ощущение парения, будто тело накачали воздухом и отпустили полетать. Затем раздалось едва слышное шипение, а тяжесть в теле, и зрение стали возвращаться.