Тёмное вино. Властелин мира. Графоман. Романы

– Зайка моя, у меня появились неотложные дела, я тебе ничего не могу объяснить по телефону, давай потом обсудим твою затею.

– Ты скучаешь по мне?

– Очень. Малыш, всё не могу говорить. Тут важные люди и важные дела, потом тебе позвоню.

Антон отключил телефон.

Спустя пятьдесят минут он подъехал к дому Нины. Он включил телефон. На дисплее высветилось восемь пропущенных звонков Ольги. От Нины и кого-то ещё звонков не было. Антон позвонил Нине.

– Алло, – ответила Нина.

– Я подъехал, – сказал Антон.

– Всё. Я выхожу.

Антон выключил телефон. Нина вышла из подъезда с маленькой спортивной сумкой и села в машину. Антон слегка и ненавязчиво поцеловал её в губы и завёл двигатель.

– Дорогу я не знаю, поэтому придётся тебе поработать в роли штурмана, – сказал он.

– Придётся, – сказала Нина и улыбнулась.

С трудом выехали из Москвы. Долго плелись в пробке. Больше десяти километров. Антон задумчиво смотрел на дорогу. Нина была погружена в свои мысли, и только когда Антон обращался к ней с вопросом: «Куда теперь»; объясняла в каком направлении надо ехать.

Приехали на дачу. Уже начало темнеть. Дача была небольшой: бревенчатый дом с мансардой, баня и хозяйственные постройки.

Антон разжёг огонь в печи. Нина включила телевизор и села в кресло напротив печи.

– Ты хочешь есть? – спросила Нина.

– Нет.

– Может быть, чайник поставить?

– Поставь.

Нина встала с кресла. Антон подошёл к ней, провёл пальцами по её волосам, уху, щеке; притянул её лицо к себе и крепко поцеловал в губы…

Они лежали утомлённые в кровати.

– У меня была любовь. Большая. – Нина определённо хотела рассказать какую-то историю.

Но Антон молчал.

– Ты слышишь меня? Ты спишь? – Нина погладила Антона по голове.

– Я слушаю тебя, – отозвался Антон.

– Тебе неприятно, когда я говорю об этом.

– Рассказывай. Не переживай, я не ревнивый.

– Мы с ним расстались четыре года назад. Я думала, что после этого я ни с кем не буду строить отношения. Я думала такое уже никогда не повториться.

– Почему вы расстались?

– Наверно он устал от моих истерик и требований.

– Понятно.

– Что тебе понятно?

– Что ты склонна к истерикам и у тебя много требований.

– Я тебе говорю о серьёзных вещах, а ты иронизируешь.

– Ладно, прошлое – это прошлое. Надо жить этим днём и этой ночью. Давай спать.