Я, звёздный маршал!

Тогда я быстро расстегнул все пуговицы на рубашке и чуть отвернулся в сторону.

– Евгений, потрогай мое сердце – я не робот.

Я опустил руку на прохладную девичью грудь и ощутил быстрые толчки сердца.

– А теперь поцелуй меня, – тихо попросила девушка и слегка приподнялась мне навстречу – она была зажата перевернутой пулеметной установкой так, что не могла освободить свои руки. Я полностью закрывал ее в узком проходе от Гасана, который то и дело кричал за моей спиной:

– Что ты делаешь с ней?!

Наконец девушка с трудом освободила свои припухшие губы и с улыбкой сказала:

– Потрогай пульс на другой груди.

Я потрогал, а Гасан желчно продолжал кричать:

– Все вы там в России голодные – как вырветесь на свободу, так сразу в публичные дома, а потом на водку, на жратву и снова на баб, а дома кричите о морали, мол, мы не такие как на Западе – оно и видно.

Я поднялся на ноги, опьяненный восхитительной девушкой, поставил пулеметную установку на место. Незнакомка вскочила, благодарно посмотрела на меня и быстро нажала на кабине танкетки красную кнопку.

Раздался ужасный вой сирены, который вскоре перешел на высокую тональность и затих, однако пол под ногами дрожал, а воздух неприятно давил на барабанные перепонки.

– Что она делает? – спросил я Гасана.

Тот плюнул за борт танкетки и прижал топор к груди.

– Она вызвала роботов.

Девушка между тем, очаровательно улыбаясь, села на кабину и весело махнула мне рукой.

– Евгений, продолжим.

– Стой, – сказал жестко Абдурахман и поднял топор, – она робот, их берет только топор.

Он кивнул головой в сторону бархана, где тлели останки феллаха.

– От пули они почему-то учетверяются.

Девушка возмущенно охнула и пристукнула кулачком по кабине.

– Я не робот, Евгений, скажи.

На ее длинных ресницах блеснули слезы, грудь взволнованно поднялась, и я уже было метнулся к незнакомке, но мой приятель перекрыл мне дорогу топором, словно шлагбаумом.

– Смотри, – сказал Гасан, и я увидел четырех парней, которые медленно вышли из-за пирамиды, что находилась от нас метрах в двухстах.

– Смотри, – снова сказал Гасан, сидя на корточках.

Он указал топором в небо, где появились два истребителя-перехватчика. Они сделали боевой разворот, блеснув на солнце белоснежными крыльями с кабалистическими знаками – и помчались на нас.