Генералиссимус с бантиками

– Зачем они тебе?

– Я собираю аппарат, – убитым голосом ответил Женя, презирая себя за ложь, и подумал: «Мама будет плакать, когда я скажу ей про своё наглое воровство».

– Почему ты покраснел?

– Потому что стыдно воровать, – честно признался Женя.

– И всё-таки украл…А почему в Армию не идёшь отдать Долг Родине? – спросил Тятя, вновь опуская руки в ящик с мусором.

Нет, Тятя не любил мусор. Он показывал юноше с умным лицом, что относился к своей работе ответственно и честно. Перед другими людьми Тятя, само собой понятно, так себя не показывал.

– Я ничего не должен России. Она ничего не давала мне в Долг. Мама платила за меня России наличными деньгами. Только перед мамой у меня Долг.

Ответ Жени поразил Тятю настолько сильно, что он тотчас забыл о «работе».

– С этого места скажи подробнее, – сказал он книжную фразу.

– Родина – это вся страна, все 120 миллионов граждан. А Долг мог бы дать только государственный аппарат, маленькая часть страны.

– Ха! Ты здорово сказал, парень.

– Тятя, что это за политбеседа? – сказал подошёдший к полицейскому Смага. – Иди за мной. Осмотри вторую машину.

– Они раскололись? – спросил Тятя, помогая Жене катить тяжёлую тележку.

– Нет, – задумчиво глядя вперёд, вдоль улицы, ответил Смага. – Я отправил их реквизиты, фото в интернет. Таких граждан в стране никогда не было.

– Может быть, они шпионы?

Смага опустил руки на широкую дугообразную ручку тележки и пошёл рядом с Тятей и Женей. Сейчас полковник страдал в душе от нанесённого ему оскорбления неизвестным машинным голосом, поэтому он забыл о субординации и начал толкать тележку вместе с рядовым полицейским, не догадываясь, что со стороны это выглядело довольно странно.

Их необычное поведение было отмечено тремя людьми из окон высотных зданий в Промышленной зоне. Из одного здания вниз смотрела Зина, а из другого – двое молодых мужчин.

Перед стоявшей машиной полицейские покинули уже привычное для них место за тележкой, а Женя оставил её и вошёл в салон.

Две девушки сидели за журнальным столиком и играли в «подкидного дурака». Женя сделал знак очаровашке, но та, при виде его, немедленно повернула крутящееся кресло спиной к нему. Тогда Женя быстрым шагом подступил к ней и тихо заговорил:

– Я знаю: вы из одной банды.