Лемминг Белого Склона

И продолжил, – Балин полагает, сидя у себя во Вратах Грома, что он неуязвим, но если банда викингов с севера высадится где-нибудь на северо-западном побережье, хотя бы в Мовефьорде, пройдёт через Громовой Утёс и разграбит Хлоргатт… Как думаете, родичи, качнётся под ним престол?

Исвальд и Свалльвинд переглянулись. Затем испытующе поглядели на Альвара. Младший полез в кисет на трубкой, молча улыбаясь.

– Ты мне на ухо скажи, – побледнев от гнева, прошептал отец, – а то я глуховат стал и плохо понимаю. Хочешь запустить чужаков, северян, паскудных вердов, к нам в подземелья? Раскрыть им тайный проход к нашим сокровищам?! Чтобы они там грабили и оскверняли чертоги наших соплеменников!? И всё от того, что тебе…

– Погоди-ка, отец, – вмешался Исвальд, – сдаётся мне, это неглупый замысел.

Балин обгадится с перепугу, не посмеет ни чихнуть, ни пёрднуть, чтобы не вызвать твоего гнева. После того, как ты придёшь ему на помощь и накажешь предателя. Найдём же мы какого-нибудь предателя, верно? А старухе Краке – кол загоним в… э… глотку. Вот, мол, она своими речами навлекла на нас гнев богов и предков, которые наслали бурю с севера…

– Что в этом особенного? – спросил Альвар, глядя в глаза отцу сквозь клубы дыма. – Во время оно верды натравили на нас наших врагов, а теперь мы натравим на наших врагов самих вердов. А если их там перебьют, как в капкане, то поделом им.

Свалльвинд прищурился и долго смотрел на сыновей. И – старый седой воин – сдался:

– Ты не мальчик-зайчик, Альвар, ты хитрый песец.

Это мне по нраву.

– А про Фьялара не переживай, отец мой, – добавил Исвальд, – доверь это матушке. Уж она-то пристроит кого-нибудь из родни за эту Гнипу. Но как представить Альвара в Сторборге?

– Предоставь это мне, – махнул рукой Свалльвинд, – за нашего младшего поручится фюрст Хельмут из Шлоссе и сам герцог Андарский, коли будет надобно. Есть у рода ван Шлоссе передо мной должок, пусть платят. Исвальд, садись и пиши…

– Спасибо, отец, – Альвар ступил обнять старика, но Свалльвинд отстранил сына:

– День хвали к вечеру…

…Вечером был пир.

И весьма весел был Свалльвинд конунг, пил без меры и щедро швырял музыкантам деньги да золотые перстни, а псам – объедки.

Гости из Андарланда сидели в Сторборге долго, до месяца Эйнуд [19 - Собственно, einmаna?r – «одиночный месяц», шестой зимний месяц исландского календаря, 10–16 марта – 9-14 апреля. Смысл названия не вполне ясен.], пока не вскрылся лёд на Боргасфьорде.