Я, Иосиф Прекрасный

Тиберий сильно наступил на ногу Иосифа и негромко сказал Поппее:

– Я готов открыть тебе тайну, но боюсь, ты усомнишься…

– Говори немедленно.

– Иосиф нескромный, – почти шёпотом ответил Тиберий. – А вчера… – и он многозначительно замолчал.

– Тиберий, не раздражай меня. Говори.

– Он ударил того, имя которого я не смею назвать по причине его божественного бытия.

– Да?! – смеясь, вскрикнула Поппея.

Выражение её лица изменилось. Оно стало мягким и тёплым. Красавица улыбнулась Иосифу скромной улыбкой. Нужно было действовать, а Иосиф молчал.

– Иосиф делает левой рукой так, а правой – так. А ногой так. А потом – вот так.

Красавица рассмеялась и целомудренно прикрыла глаза ладонью.

– Неужели он так делает? Евреи скромные.

– Он почти эллин.

– Но почему Иосиф молчит?

– Он готовится для особливых отношений.

– Да, Поппея, – заговорил Иосиф нарочито греховным голосом. – Я хотел бы говорить с тобой таким языком.

– Не знаю, – мягко ответила Поппея, покачав в сомнении красивой головой. – Попробуй убедить меня своим красноречием, если оно есть у тебя. Я хочу тебя послушать. – Она указала жестом руки на место против себя в носилках, а рабам властно приказала: – Домой.

Тиберий торопливо шепнул на ухо Иосифу:

– Она ждёт от тебя другое. Запомни. Иначе посмеётся над тобой.

Едва Иосиф поднялся в носилки, как быстрая рука задёрнула занавески.

– Я слушаю тебя. Не разочаруй меня разговором.

Иосиф придвинулся к Поппее и, обняв её узкий пояс, правую ладонь погрузил между ног молодой женщины. Лицо Поппеи дрогнуло. Она удивлённо посмотрела на Иосифа, мягко отстранила от себя его правую руку и удержала в своих пальцах.

– Мне показалось, что меня обняла девушка. У тебя объятия женские. Знай. Я в сомнении.

– Поппея, позволь мне разрушить его.

– Не здесь, – ответила Поппея нежным задушевным голосом. – Я хочу подождать и посмотреть на тебя.

Он не верил ей и порывался продолжить то, что начал. Поппея крепко сжала его руки в своих руках. Она влюбилась, поэтому природа заставила её вести себя сдержанно, что было удивительно для самой женщины. Она не знала себя такой.

Вдруг чьи-то пальцы появились на занавеске и резко, разрывая материю, отдёрнули её в сторону, открыли носилки.