Я, Иосиф Прекрасный

Его крыша была покрыта золотыми пластинами и золотыми длинными шпилями с острыми концами, чтобы птицы не садились на Храм. Крыша под лучами солнца выглядела белой для тех, кто смотрел на неё издалека или с улиц Иерусалима.

Это удивительное творение искусства было чудом света. Но Ирод Великий не заслужил благодарности народа.

Аристобул никогда не отдыхал, даже находясь в Гефсиманском саду. Он вставал на самый край обрыва и, обратившись лицом к Храму, громовым голосом читал молитву за молитвой.

Он не оглядывался, весь отдавался чувству любви к Богу, и дети тихонько уходили в глубину сада, и весело гонялись друг за другом.

Кувыркались на короткой мягкой траве и жестами рук звали к себе Беренику. Она, как и её дети, осторожно отходила от кричавшего фарисея, а потом, как маленькая девочка, смеясь, бегала с детьми по саду среди людей. Порой она спохватывалась, потому что горожане смотрели на неё, зная, что она из царского рода Асмонеев, а бегала как простолюдинка. Береника переходила на шаг и скромно смотрела себе под ноги, но ей хотелось бегать и кувыркаться на траве. И она бегала, не думая о Боге.

По улице они шли один за другим. Впереди шёл Аристобул, за ним – Иосиф, а за Иосифом шла Береника. Аристобул глядел на Храм и, протянув в его сторону руку, громко творил молитву за молитвой. В низине, в Ксисте было болото. Люди обходили его, но Аристобул пошёл прямо, застрял в жиже, которая достигала его колен. Не прерывая творить молитву и глядеть на Храм, фарисей начал вытаскивать себя из болота.

Иосиф и Береника остановились на дороге, ожидая Аристобула. Береника стояла за спиной своего сына и любовалась им. Она хотела, чтобы его жизнь была безмятежной. А он хотел трудностей, потому что безмятежная жизнь аристократа ему не нравилась.

Когда кто-то из горожан попытался помочь фарисею выбраться из болота, он строгим жестом руки отверг помощь. Сам вышел на дорогу.

Женщины Иерусалима, те, которые были не твёрдыми в вере, с интересом поглядывали на Иосифа, улыбались ему и даже – о! Сосуды легкомыслия! – задевали его руками, благо народу на улице было много.

Когда они трое, один за другим, начали подниматься по ступеням храмовой горы, пирамиды, Иосиф, внимательно осматривая всё впереди себя, заметил большую группу нищих людей.

– Закрой ему лицо! – резко и властно сказал Аристобул, не оглядываясь назад.

Береника быстро шагнула вверх на ступень, где был Иосиф, и закрыла его глаза ладонью.