Я, Иосиф Прекрасный

Молитвенные бдения тянулись долго, каждый день. И люди, за годы рабства, не евшие досыта хлеба, теряли сознание, и, наверное, все бы они отдали Богу свои души, если бы не организаторские способности Иосифа. Он организовал подвоз продуктов с материка, лечение больных и ослабевших людей. А здоровых начал переправлять в Рим, чтобы они получили своё имущество. Большинство вольноотпущенников направилось в Иерусалим, в Храм поблагодарить Бога. И там они узнали, что сделал для них Иосиф.

Вся Палестина говорила об Иосифе.

Аристобул в задумчивости теребил бороду пальцами и тихо бормотал:

– А почему мне открылось то … – Он спохватился и, ненавидя себя, заревел так, что посуда на столе задвигалась: – Не смей уподобляться Богу! Аристобул! Не смей! Вот тебе моё наказание: два месяца не вкушай пищи и стой на одной ноге!

В конце лета с транспортного корабля, пришедшего из Остии, сошёл очаровательный подросток, мальчик лет пятнадцати, коротко стриженный, в претексте. Он смело направился к Иосифу и встал перед ним.

– Ты не узнаёшь меня? – спросил он греховным голосом.

– Акта?

– Я. И если ты не разлюбил меня, то давай скорей уединимся, чтобы… – девушка нахмурилась и сердито добавила: – Поппея всем говорит, что ты во время соединения ведёшь с ней философские беседы. Я тоже хочу послушать. А Беренику, по моей просьбе, Август отправил домой в её царство. – Акта сердито фыркнула. – Я хотела настукать её в цирке за ложь.

Впрочем, девушка тут же озорно рассмеялась.

– В Неаполе горожане стали говорить, что ты в банях скачешь козлом и показываешь особые, невиданные позы, привезённые из Египта. Люди не выходят из бань, ждут тебя. Август разозлился, что теперь помыться нельзя. Объявил, что ты на острове. Но ему никто не поверил.

– Акта, почему ты так постриглась и оделась?

– Потом скажу.

Девушка ценила собственные удовольствия выше государственных дел, хотя предприняла все меры предосторожности, направляясь на остров по приказу Нерона.

Сегодня утром, едва солнце оторвалось от горизонта, от моря, как Элиазар трубным голосом поднял вольноотпущенников, живших в палатках. А так как скинии не было, да и невозможно было бы вместить в какое-либо помещение тысячи людей, все по приказу Элиазара приняли водное очищение в море. А потом повернулись лицами в сторону Востока, в сторону своей Родины, долго творили молитвы, стоя на коленах и обливаясь слезами благодарности Богу.