Охранители

Он шёл по ступенькам иерархии Небес, не пропуская ни одной, везде показывая напор, усердие и волю.

Сейчас уже никто не мог упрекнуть Фариху в том, что тот незаслуженно возглавлял Цепных псов – он в кровавых и затяжных боях за Аванпост Реи неоднократно доказал своё право командовать.

– Введите, – Фариха рявкнул в интерком секретарю-небеснице Карле, а потом поправился. – Пусть войдёт.

Его недавно закованные в серебро крылья в относительно небольшом кабинете зазвенели как маленькие колокольчики.

Кариэф вежливо постучался и вошёл.

Фариха в тоге с красной полосой сидел в мраморном кресле за таким же мраморным столом. Любимый и почитаемый золотокрылыми архонтами материал. Практически такой же священный как кипарис или Древо Жизни.

Эта откровенная лесть и следование канонам Совета Двенадцати резали глаз. Обычно за таким скрывался либо тупой и яростный фанатик либо ангел, грамотно расставляющий приоритеты и пытающийся спрятать тайны у всех на виду.

– Не воссиять. Садись, – глава Гильдии махнул вошедшему на кресло.

– Не воссиять, – поздоровался Кариэф, устаиваясь поудобнее.

Это было невозможно.

– Ты лучший среди охранителей. Даже награждён особым мечом-фамильяром.

Фариха сразу взял быка за рога, поглядывая на бумаги с выписками из личного дела Кариэфа под номером 01-923-83-45.

– Спасибо за комплимент, – ответил тот, глядя как за окном проплывало витражное стекло с историей об открытии Америки европейцами.

– Здесь нет и намёка на комплимент. Это факт – ты эталонный образец, на который надо равняться. Эксперты в один голос говорят, что лучше тебя и преданнее своему делу никого нет, – серебрянокрылый трибун потряс бумагами в руках. – Все основные коэффициенты: предвидения, предотвращения и перенятия у тебя зашкаливающе высоки. По статистике ты почти со стопроцентной вероятностью перенимаешь на себя любой вред, причинённый здоровью человека, включая смерть от первой до пятой категории.

– Такова наша работа, предназначение и суть, – ответил Кариэф и показал свои усыпанные затянувшимися порезами руки. – Это только то, что видно. Ещё куча переломов, отказов органов и других болезней сидит внутри меня, их не видно. Часть организм поглотил самостоятельно, а что он не смог, то завтра вытянут орихалкокрылые медикусы. И я буду как новенький.

– Это просто океан боли.