Охранители

И переезд не самое страшное, скорее даже лучшее, что с ними случилось за последнее время.

Варя подошла и нежно дотронулась до маминого лица, одновременно касаясь её сознания. Приходилось действовать очень аккуратно – в последние дни способности резко усилились.

В общем море эмоций летали тревога, бессилие, отчаяние и страх смерти. Из общего узора сознания девушка стала бережно выпутывать один за одним острые, колкие искры тревоги; пахучую грязь отчаяния; липкую, бесформенную слизь бессилия и, самое сложное: бездонную, чёрную пропасть страха смерти.

Не своей, а сына Сёмки – этого светлого, доброго мальчика, который в свои три года был бесконечно добрым, слишком понимающим и очень, очень жизнерадостным. Несмотря на то, что две недели назад врачи поставили ему страшнейший диагноз – злокачественная опухоль головного мозга, третья стадия, глиобластома.

Ещё месяц назад ничего не предвещало беды. Мелкому просто заболела коленка. Света решила, что он тупо ушибся в садике, и не обращала внимания на его жалобы.

Хотя Варя ещё тогда приметила небольшие изменения в его сознании. Обычно яркие эмоции братика – как у котика – были светлым, задорным маревом без каких-либо вкраплений, но там стали появляться никак не убираемые тучки, вначале небольшие, едва уловимые, а потом всё более грозные, грозовые. Она, как и маман с коленкой, не придала этому значения, подумав, что мелкий просто расстраивается из-за того, что надо ходить в ясельную группу и привыкать к детскому садику.

Как же сильно они обе ошибались. Через пару дней Сёмка проснулся и не смог выпрямить головку – она так и лежала у него на плече, повиснув как мешок картошки.

Света в панике понеслась с ним в больницу скорой помощи, где врачи сделали снимки, провели биопсию и поставили этот ужасный диагноз.

Варя, сорвавшись с уроков, от отчаяния почти вскипятила мозг заведующему отделения, доведя его до потери сознания и предынсультного состояния, когда требовала вылечить брата. Однако как бы она ни старалась заставить врачей, это было выше их сил.

Через день медики сделали экстренную операцию, сняли лишнее давление опухоли на череп и провели первичный курс лучевой терапии. Но семье сразу было сказано, что это паллиативное, нерадикальное лечение, ведь не убирается начальная причина заболевания. Они дали ребёнку максимум год и порекомендовали искать специалистов заграницей.