Хроники Саммуса Пожирателя

 – А моя броня, наверное, сейчас выглядит как пережёванная курятина… Эх, всё бы отдал за кусочек жареной курочки. А благодаря лишь одним воспоминаниям о специях Морны, уже начинают течь слюни.

Жан повернулся к пленнице. И она сразу шарахнулась к стене.

– Спокойно, – поднял он обе руки, в одной из которых находился окровавленный клинок… Поняв это, Жан смахнул кровь и убрал оружие в ножны. Затем попытался снова: – Тебе ничего не угрожает.

Но та испуганно сидела в углу даже не пытаясь смотреть в сторону грозного шлема Жана.

Поняв, что девушка ещё не отошла от потрясения, он оставил её в покое.

– Так ладно, нужно найти еду, – шлем Жана начал смотреть по сторонам. – Хотя, как я смогу есть, когда мой шлем не слезает с головы?

Серебряный Рыцарь решил обшарить корабль в поисках провизии. Посмотрел он везде, где только можно…

– Как так?!.. Пусто?

Сорвав бурдюк с водой у одного из пиратов, он потряс его…

– И снова ничего нет. Пираты в первый же день всё выпили?.. Ни мозгов, ни манер.

Отслонив от глаз пустой бурдюк, Жан случайным образом обратил внимание на двух мёртвых пиратов; причём «обратил» довольно крепко…

– Ладно, сами виноваты.

Сказав, Жан вновь вынул серебряный клинок. Затем он натянул руку одного из покойников и в два удара отсёк её от тела.

– Нужен огонь.

Жан вдруг вспомнил, что когда искал еду, то ему на глаза попадался так называемый: искровой камень.

Сложив несколько щитов в виде ограды, Жан накидал внутрь несколько дощечек и сено, которого в трюме хватало под завязку; он был затоплен, но то сено что плавало на поверхности, было сухим благодаря утопшим собратьям.

Кончик меча погрузился в пока что спящий костёр, потом Жан поднёс к лезвию искровой камень и замер, словно его вдруг настигли сомнения…

– Интересно, почему всегда страдает именно мой меч?

Жан чиркнул камнем по лезвию, оросив хворост оранжевым дождём…

Снаружи поселилась глубокая ночь. Рука пирата уже запахла, причём очень аппетитно и съедобно.

– Хорошие приправы с чесноком – и это мясо уже нельзя будет отличить от баранины.

Она подняла голову, но не захотела приближаться.

– Это можно есть. Чтобы ты мне поверила, я мог бы съесть первым. Но я не могу снять шлем. Так что это мясо всё твоё. Налетай.

Девушка подобно четвероногому животному подбежала к костру, миновав Жана и тот кусочек, что он ей предлагал. Она сразу вцепилась в жареную руку.