Хроники Саммуса Пожирателя

Эта магия запрещена, должно быть, Первый Архимаг уничтожил эту книгу, после сражения при Чёрных Лесах.

– Где Гримуар Аркана? – вновь повторил тот.

– Ясно… – опустив голову, тихо проговорил Галон. – Ты из Перерожденных, и мои слова никогда не коснутся тебя. Твоё существование – лишь воля Саммуса… Ты обязан нас убить, но мы так просто не сдадимся.

Галон направил ладонь на противника, сделал вздох, и прождал несколько секунд, будто готовясь к смертельной битве. А затем он воскликнул заклинание:

– Святое Копьё!

Мощный поток белой энергии забил ключом из его руки, и он устремился в сторону Мага Арканы.

Когда белая стихия целиком накрыла противника, то он даже не шелохнулся…

Со временем стало ясно, что вокруг этого магического монстра стала просматриваться какая-то прозрачная сфера. А вся эта сокрушительная святая сила просто обтекала её будто она – бурная река, которая не может осилить тяжёлый валун. Сфера полностью защитила Мага Арканы, но было непонятно, когда он успел сотворить это заклинание, ведь его руки и уста были абсолютно бездвижны.

Как только поток белой энергии ослаб, Нэш напал на враждебного мага с правого фланга. Это была хорошая возможность для атаки, в ближнем бою никакой маг не мог устоять против клинка опытного бойца, а рефлексы Нэша были воистину заверенными.

Удар со всей силой и Нэш отбил себе обе руки. Показалось, что он даже сломал несколько пальцев. Защитная сфера мага смогла остановить и сталь.

Магическое чудовище взмахнуло вверх рукой, и невидимая сила подняла Нэша над землёй.

Чтобы хоть как-то прервать это колдовство, Лиз выпустила стрелу в голову красноглазого мага. Но снаряд столкнулся с преградой в виде той же полупрозрачной сферы и просто отскочил в сторону.

Тот даже не посмотрел в сторону атаковавшей лучницы, ведь её потуги были не только бесполезны, но и незаметны. После чего Маг Арканы поднял руку ещё выше и Нэш так же набрал высоту – резко и внезапно, а затем он взорвался в воздухе.

Магический монстр быстро обернулся в сторону лучницы. Его красные глаза выражали только ярость, но это была необычная ярость, а подавленная, словно она – всего лишь инструмент для выполнения задачи.