Катарсис. Наследие

Рекс стал Ястребом. Говорил, как он, думал, как он. Действовал, как он. Прыгнул под дыхание смерти, как сделал бы Ястреб, прикрывая соратника, без раздумий, чего злой, неуравновешенный, но трусоватый, гоб никогда бы не сделал.

И вот – опять. Белого опять скрутила судорога. Спазм боли сжал его тело. Боль пронзала все тело. В голове – как шестопер появлялся, разрывая мозги. Разряды молнии пробивали по костям, судорога сжимала все мышцы разом. Белый Хвост едва удержался на коне. Судорожно глотал воздух, когда приступ прошел.

Белый не знал, что происходит с его телом. Как осознал себя живым, на дороге, так и мучается. А Синька еще и посмеялась над его бедой. Ну, и… с ней! Девка! Верно говорят – волос длинный, да ум короткий!

Мучается Белый в том числе и вопросом – почему он? Почему Марк вытащил именно его тело, а не Деда, например.

Благодаря слиянию разумов, Белый знал, что у стариков тоже был Корень Жизни. Невероятно редкий артефакт. Невероятный, еще и потому, что школы Жизни и Смерти считаются противоположностями. Маги могут владеть воздухом и водой, например, одновременно. Потому как это одна магия – стихия. Но нет магов, владеющих сразу Светом и Тьмой, Жизнью и Смертью. А Корень Жизни мог сделать только маг, одинаково владеющий и Жизнью, и Смертью.

Артефакт не лечит. Он ничего не делает. Ничего. Никак не фонит, никак не проявляет себя. Пока ты не начинаешь умирать. В тот момент, когда душа готова покинуть тело, он и начинает работать. Смерть не дает душе покинуть тело, держит душу, как якорем, как корнем, поэтому артефакт так и называется. А Жизнь – поддерживает тление жизни в умирающем теле. Пока владельцу артефакта не будет оказана помощь.

Олегу артефакт был бессилен помочь. Не в чем было поддерживать жизнь.

А вот Дед был живой. Дед вообще категорически не желал умирать. Его жизненная энергия сбивала с ног! Заставляла людей вокруг него крутиться, как Круговерть Дикого Ветра Пустоши крутит пыль и камни. Почему он приказал Марку спасти именно Белого? Марк никогда бы не спас Белого, бросив Деда, без прямого и недвусмысленного приказа. И обоснования правомерности приказа, которое принял бы этот Темный с его повернутостью на праве, на чести.