Копье Милосердия

Что привело тебя ко мне? Ведь ты бил ноги по горным тропам не ради удовольствия выпить вместе со мной абрикосовой наливки.

– Нет, не ради такого удовольствия… хотя должен сказать, что твоя наливка выше всяких похвал. Я не только соскучился по тебе. Сбылось долгожданное пророчество Даниила*. Истек назначенный им срок в «семьдесят седьмин». В мир пришел Саошиант*. А нам прислана Благая Весть. Пора в путь.

– Ты не ошибаешься? – недоверчиво спросил Гатаспа.

– Вот мое доказательство…

С этими словами маг брауи открыл футляр и показал Гатаспе наконечник копья.

– Он выкован из небесного металла, – объяснил Вифисарий. – Кусок железа упал возле поселения брауи. Признаюсь, я знал, что так будет. Я вычислил траекторию движения обломка звезды, вот только не смог точно определить место его падения. Но Высшие Сферы все устроили, как должно. Их мудрость и способность управлять случайностями безгранична.

Гатаспа сначала обрадовался и вознес краткую молитву прародительнице Аме, а затем вдруг нахмурился.

Возможно, ему передалось настроение Вифисария, который был мрачнее грозовой тучи.

– Мы не в силах изменить судьбу человека, – сказал, словно извиняясь, Гатаспа. – Так предначертано…

– И так будет, – закончил его мысль Вифисарий и тяжело вздохнул.

Они немного помолчали, каждый со своими мыслями, а затем Гатаспа сказал:

– Располагайся. И смой с себя дорожную пыль, пока я накрою стол.

Вифисарий молча кивнул и направился в отведенные для него покои.

Жилище Гатаспы было сплошь деревянным.

Но если его наружная обшивка представляла собой разносортные, потемневшие от времени бревна, большей частью тонкие и кривые, то внутри стены буквально светились от вощеного дерева ценных пород. В просторной комнате приемов, уставленной красивой мягкой мебелью, был сооружен большой камин с мраморной полкой, на которой стояли вырезанные искусными резчиками из слоновых бивней и нефрита фигурки богов разных времен и народов. Божков оказалось так много, что Вифисарий даже не смог их сосчитать.

Ванную комнату Гатаспа обустроил как римские термы. Он отделал ее белым мрамором и в ней находилось два бассейна. Каждый из них имел длину в полтора дхануша*, ширину не менее трех хаста* и глубину полтора хаста. В одном бассейне была горячая вода, а в другом – холодная.

Погрузившись в бассейн с горячей водой, Вифисарий от наслаждения даже застонал. И мысленно поклялся (в который раз!), что, возвратившись домой, сделает себе точно такую же ванную комнату.