Вайделот

О способностях Эриха добывать пропитание буквально из воздуха Ханс фон Поленц узнал по пути в Эльбинг. Оруженосец так ловко воровал гусей и кур у крестьян, что даже сторожевые псы не поднимали гвалт. Благодаря его способностям Ханс смог сберечь немного денег, что на первых порах пребывания в Эльбинге здорово пригодилось, так как орденские братья питались скудно и съестное приходилось докупать на местном рынке. А из-за того, что в Эльбинге народу стало в несколько раз больше, и рыцари со своими отрядами все прибывали и прибывали, цены на продукты выросли вдвое.

– Ладно, на этот раз я прощаю тебя. Но если к завтрашнему дню ты не найдешь мне марку!..

– Мессир, я готов продать душу дьяволу, лишь бы доставить вам радость!

– Что ж, беги. Я отпускаю тебя на сутки.

– Не извольте беспокоиться, мессир! Все будет в лучшем виде!

И Эриха словно корова языком слизала. При всей своей медлительности, которая происходила от лени, он иногда проявлял чудеса сообразительности и потрясающие скоростные качества.

«Похоже, мой “храбрый” оруженосец вместо упражнений с оружием тренировался быстро бегать, чтобы вовремя покинуть поле сражения, когда придется отступать…» – с сарказмом подумал Ханс фон Поленц.

– Экий плут… – буркнул он себе под нос и начал яростно сражаться с жестким куском мяса, который могли прожевать лишь его молодые крепкие зубы.

Обычно братья-монахи и служивые люди Тевтонского ордена обедали в самой крепости, но все остальные столовались отдельно.

Им приносили из кухни еду (если можно считать кухней примитивный временный очаг посреди лагеря с тремя котлами, в которых варилась похлебка, и большим вертелом, на котором иногда, то есть редко, запекалась туша быка, если удавалось утащить животных у пруссов, которые прятали их по лесам), и они трапезничали в своих шатрах. Видимо, в этот раз провиантмейстер где-то нашел старого вола, который состоял лишь из одних мышц и сухожилий, и Ханс фон Поленц с невольной тоской вспомнил жирную аппетитную тушку косули, которую ему довелось отведать благодаря милостям менестреля Хуберта и монаха.

Именно к ним сейчас и направлялся Эрих. Где ночевали менестрель и святой отец, он не знал, но ему было известно, что большую часть времени Хуберт и отец Руперт обретаются в харчевне Мохнатого Тео.