Ассасины

Возможно, они будут лучшими среди фидаев. Увы, народ измельчал и умных стало мало. Поэтому многие погибают, не выполнив задание. Баран никогда не станет газелью».

Шейх аль-Джабаль спрятал вино и халву (он никогда не ел в присутствии своих подданных, поэтому многие считали, что он питается святым духом), взял в руки серебряный звоночек, и мелодичные звуки отразились от голых стен. Для виду, чтобы не смущать слуг излишней роскошью, опочивальня шейха была выдержана в лучших аскетических традициях.

Но в углу была неприметная дверка; слугам запрещалось открывать ее под угрозой смерти. Впрочем, то было непросто – дверь замыкалась на ключ. За ней находилась комната, которая по красоте убранства могла соперничать с дворцовыми помещениями султана. Там были и мягкие диванчики, и ковры на полу и стенах, и серебряные подсвечники со свечами, и большая библиотека, в которой имелись не только труды мусульманских имамов и ученых, много золотой посуды, а в окна были вставлены цветные стекла.

На звон колокольчика в опочивальню тенью проскользнул слуга и застыл в низком поклоне.

– Скажи даи Джавату, что эти двое юношей выдержали испытание, – распорядился ас-Синан. – Пусть их поместят отдельно от остальных. И обязательно поинтересуйся, обучены ли они грамоте.

– Слушаюсь и повинуюсь, о великий!

Слуга убежал. Довольный принятым решением, Старец Горы какое-то время медлил, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя, а затем решительно снял с шеи ключ на обычном кожаном гайтане и направился к заветной двери.

День клонился к вечеру.

Глава 2

Русы

Никто не умел так скрадывать зверя, как дед Вощата. Осторожный пугливый олень и ухом не вел, хотя старый охотник приблизился к нему на очень близкое расстояние.

Вощата не принадлежал к племени русов. Ярилко был еще чересчур мал, чтобы интересоваться историей его появления в родных для мальчика краях, но тем не менее он всегда ощущал некий холодок в своих отношениях и со сверстниками, и с соплеменниками, и со старейшинами, а в особенности с вождем племени Рогволдом.