Раскрыть свое убийство

Проведенные обыски по местам жительства задержанных дали неплохой результат: были обнаружены и изъяты две гранаты РГД-5, незарегистрированная винтовка Мосина с оптическим прицелом, в народе прозванная «трехлинейкой», обрез из одноствольного охотничьего ружья двенадцатого калибра, пара портативных раций небольшого радиуса действия и прочий «джентльменский» набор бандита-рэкетира, как то: бейсбольные биты, утюг, холодное оружие, балаклавы, нунчаки и разная дребедень, не заслуживающая особого внимания.

Самого Чепикова взяли с его «правой рукой» в одном из ресторанов города, и вскоре он сидел в кабинете у оперативников, массируя отекшие руки, которые были чрезмерно сильно стянуты наручниками при задержании.

Прежде чем поговорить с преступным авторитетом, Каприн попросил всех оперативников покинуть кабинет, поскольку задержанный при посторонних лицах мог не раскрыться до конца и не выдать нужные сведения.

– Ну что, Чепик, наконец-то пришел твой конец, – со зловещей ухмылкой начал оперативник. – Теперь-то ты у меня не отвертишься.

– За что, гражданин начальник? – сделал удивленное лицо задержанный. – Ничем криминальным давно уже не занимаюсь, дружу с законом, чту уголовный кодекс.

– А то, что у братвы твоей изъяли гранаты и снайперскую винтовку с обрезом – этого недостаточно? Ты уже обеспечил себе срок, а дальше – больше. Докажем и более тяжкие преступления.

Чепик оторопел от такой вести и, набычившись, процедил сквозь зубы:

– У кого изъяли, тот пусть и отвечает, при чем тут я, это не мое.

А насчет более тяжкого преступления – вы сначала докажите, а потом бросайтесь такими словами. Нет за мной никакого преступления, так что не теряйте время даром.

– Как это нет? – нарочито громко расхохотался оперативник. – Уже есть за тобой преступление, за что ты получишь лет так семь, а там докажем и убийство. Так что картина Репина «Приплыли» – это про тебя.

– Эээ, начальник, вы о чем? – забеспокоился авторитет. – Какое убийство, где? Никого я не убивал, мокрыми делами никогда не занимался.

– Знаю, что не мокрушник, но времена меняются, меняется и человек, – насел на него оперативник. – Ты наехал на коммерсанта, торгующего аппаратурой, а потом убил его. У нас свидетелей выше крыши, сядешь надолго или расстреляют, как бешеную собаку.

– К-к-кого это убили? – заикаясь от неожиданности, поинтересовался бандит. – Шамаева? Его убили? Когда?

«Вроде бы искренне испугался, – подумал оперативник, наблюдая за реакцией бандита.