Раскрыть свое убийство

Каприн оглядел помещение и отметил про себя, что здесь живет семья с достатком: модная стенка того же бежевого цвета, добротные ковры на стене и на полу, хрусталь, японский телевизор «Шарп», который только стал появляться в городе и был непозволительной роскошью для многих жителей, рядом магнитола той же марки…

«Интересно, где они набрали все это добро? – думал оперативник, прежде чем приступить к допросу молодой хозяйки. – Коммерсанты или работают в торгпредставительстве?»

Девушка пододвинула к Каприну журнальный столик на колесиках, а сама села напротив на плетеное кресло.

Опер открыл папку и вытащил оттуда чистый бланк протокола допроса, расписал шариковую ручку, но потом, передумав, попросил:

– Сначала расскажи, а потом все твое повествование занесем в протокол.

Вдруг из дальней комнаты послышался женский крик:

– Маша, с кем ты разговариваешь?

Девушка вскочила на ноги и, шепнув мимоходом: «Это мама», покинула зал. Вскоре она появилась в сопровождении женщины, которую поддерживала под руку, и познакомила ее с оперативником:

– Моя мама, зовут ее Валентина Васильевна.

Женщина тихо опустилась на кресло и, разглядывая оперативника, спросила:

– Молодой человек, вы из милиции?

– Да, из милиции, – утвердительно кивнул Каприн. – Маше я все объяснил.

– Маше? – удивленно проговорила женщина. – Вы знаете друг друга?

– Мама, это я разрешила называть меня «Машей», – раздраженно бросила дочь.

– Однако, – осуждающе покачала головой мама и протянула оперативнику руку: – Молодой человек, покажите ваше удостоверение.

Изучив документ, она осведомилась:

– Какие вопросы вас интересуют?

– Все, что связано с личной жизнью потерпевшего, то есть вашего супруга: чем занимался, кто у него были друзья, взаимоотношение в семье, были ли у него враги… В общем, меня интересует все, что помогло бы раскрытию преступления.

Девушка расположилась рядом с мамой на пуфике, и они, дополняя друг друга, стали рассказывать о главе семейства:

– Со своим мужем Евгением Петровичем Шамаевым мы соединились в семидесятом году. Муж тогда работал в авиаотряде, и через три года нашей совместной жизни нам дали вот эту квартиру…

Хозяйка обвела рукой зал, погладила дочь по спине и продолжила:

– Когда мы переехали сюда, Машеньке было всего два годика.