Таежная банда

Люди с плохо скрываемым ужасом обступили край могилы и теперь ждали мрачной вести об обнаружении самой обладательницы найденных вещей.

Покопавшись немного в могиле, Обручев нашел женскую маечку белого цвета и красную косметичку с зеркальцем и помадой. Закончив с поиском, он вылез наверх и объявил ждавшим его людям:

– Далее мерзлота, ничего больше нет в яме.

– А похоронить человека мы можем? – полушепотом спросил его Сергей Виссарионович. – А то уже два часа здесь торчим… Жена покойного извелась вся, ей впору самой «Скорую» вызывать.

– Да, конечно, – машинально ответил ему Обручев, погруженный в изучение проездного билета девушки, но, спохватившись, негромко проронил: – Хотя… необходимо выполнить одну формальность. Я сейчас свяжусь с управлением, чтобы уточнить, где эта гражданка находится. Думаю, что это не займет много времени, а потом сможете спокойно похоронить человека… покойного.

Вытащив из кармана и повертев в руке полученную на днях портативную рацию немецкого производства, он отошел на почтительное расстояние от злополучной могилы и вызвал управление:

– «Ангара», «Ангара», ответьте «двенадцатому»!

– «Ангара» на связи.

– Я с кладбища, труп не обнаружен. Позовите к аппарату кого-нибудь из группы розыска пропавших граждан.

– Сейчас позовем.

Через пять минут рация снова заговорила:

– «Двенадцатый», «двенадцатый», ответь «Ангаре».

Обручев сразу узнал голос Яковлевой, оперативницы уголовного розыска, которая занималась поиском пропавших граждан.

– Да, «двенадцатый» на связи.

– Это я, Яковлева из группы розыска. Что случилось?

Людмила Карловна Яковлева, сильная и уверенная в себя женщина тридцати лет, мать двух прелестных девочек-близняшек, была способна дать фору любому оперативнику-мужчине. Она руководила подразделением, которое специализировалось на розыске преступников и пропавших без вести граждан. Оперов ее группы все называли розыскниками. Когда пропадал человек, розыскники первыми брались за дело, устанавливая обстоятельства и причины исчезновения.

Если же в ходе розыска добывались веские основания, что пропавший мог стать жертвой преступления, дело передавалось к «тяжам», где трудился Обручев. А, как известно, только в одном случае из десяти пропавший без вести становился жертвой преступления. Но это не помешало группе, руководимой Яковлевой, за один год самой раскрыть три убийства, сопряженных с сокрытием трупа.