Аптекарь сатаны

Щукин взял рюмку и произнес тост:

– Юлиан, тебе «пятерка» за то, как ты содержишь хозяйство в отсутствие Василия Георгиевича – все чистенько, прибрано, ухожено. Шеф любит порядок, он знал, кого взять себе в снабженцы. Если бы мы с шефом не уехали в Москву, тут бы развернулись по полной! Но ничего, в Москве мы тоже не лыком шиты. Вот шеф расквитается с кредиторами, и тогда, Юлиан, мы тебя возьмем к себе. Москва большой город, там возможностей много. А пока надо готовить коттедж к продаже, с завтрашнего дня начнем…

– Давайте выпьем за это! – нервно перебил его Леший, поднимая чашку с чаем.

 – Долго говорим, картошечка остынет.

– Давай! – Щукин залпом опрокинул рюмку в рот, даже не почувствовав изменения вкуса коньяка.

Когда Щукин закусил хлебом, густо смазанным французским паштетом, Глаша быстро наполнила его рюмку новой порцией спиртного. Выпив еще две рюмки, Щукин заплетающимся языком проговорил:

– Юлиан, мне бы в гостиницу, немного перебрал, кажется…

– Сергей Харитонович, зачем же вы так торопитесь? Давайте сейчас выйдем на улицу, подышим свежим воздухом, покурим, а потом еще немного посидим, отдохнем.

– Да, покурим… – Щукин встал и пошатывающейся походкой направился к двери.

Леший, прежде чем покинуть стол, подмигнул Глаше и показал два пальца – мол, повторяем еще раз.

Оставшись одна, Глаша вылила содержимое еще одной ампулы в рюмку Щукина.

Когда Щукин возвращался к столу, Леший уже поддерживал его за руку. Отравленный смесью сильнодействующего средства с коньяком, он несвязно бормотал и мычал, не в силах произнести ни одного слова.

Не церемонясь, Леший взял рюмку и, запрокинув голову гостя назад, опрокинул содержимое ему в рот.

Щукин немного посидел на стуле, а потом, покачнувшись, рухнул на пол.

– Готово! – с удовлетворением воскликнул Леший. – Глаша, помоги забросить его на плечо!

С Щукиным на плече Леший спустился с крыльца коттеджа и направился к гаражу. Бросив его на пол, Леший завел машину и, закрыв ворота гаража, удалился в дом.

Через полчаса он вернулся в гараж, проветрил его, загрузил бездыханное тело гостя в багажник и выехал из усадьбы. Проехав по тракту двадцать с лишним километров, он спрятал труп в густых зарослях молодой лиственницы.

Через три дня позвонил Грабовский:

– Юлиан, позови к телефону Сергея. А то он что-то пропал, не звонит.

– Василий Георгиевич, он и ко мне не приходил. Я его три дня назад встретил в аэропорту, довез до гостиницы.